(не) Беременна от чемпиона

Они там собрались со всей хоккейной элитой Москвы, чтобы заключить договор, а я тут брожу невесть где, выставляя своего босса не с самой лучшей стороны.

Я нахожу нужный вход только через добрых десять минут. Эта ледовая арена, которая на первый взгляд показалась мне копией тренировочного центра на севере, оказывается совершенно другой. Она гигантских размеров и просто суперзапутанная.

Я тяну на себя большую дверь с вывеской для особо одаренных (читай, меня) «Выход на каток» и оказываюсь прямиком на льду.

На льду вовсю идет тренировка одной из команд. Кажется, этим ребятам мы собираемся поставлять снаряжение, парочка из них обкатывает новые клюшки — я вижу это по цветным плашкам на рукоятке.

Так, Яна, Кулибин! Машу своему боссу папкой с бумагами, но тот меня не видит, увлеченно обсуждая что-то с тренерами. Вот ведь блин! А как же документы?! Как я их передам тому, кто меня не видит?.

Если не передам, Виталий решит, что я некомпетентна и вышвырнет вон. Тут меня не спасет даже то, каким неравнодушным взглядом он меня одаривает время от времени.

Так, так, так… Придумала!

Я осторожно подхожу к катку, поверхность которого поблескивает от света включенных прожекторов.

Меня накрывает легкая паника — при всей моей причастности в прошлом к миру хоккея, я… побаиваюсь льда. Я и на коньки-то впервые встала с Громом…

Нет, Яна, плохая идея сейчас думать о своем бывшем парне! Сконцентрируйся на задании, на своей жизни, на будущем ребенке.

— Я сделаю это! — шепчу я сама себе, собрав всю волю в кулак.

Не знаю, чем я руководствуюсь в этот момент, но явно не тем, что называется «мозг» или «здравый смысл». Заношу ногу и встаю на лед. Осторожно ставлю вторую ногу, делаю небольшое движение вперед. Не критично, не так уж и скользко. Если пойду вдоль бортика, смогу добраться до Кулибина, что находится в двести метрах от меня.

Шаркаю каблуком по льду, переступая как можно аккуратнее. Игроки тренируются на противоположной стороне, поэтому никто не обращает на меня внимания.

— Раз шажок, два шажок… — проговариваю я про себя, не сводя взгляда со своих ног.

Наверное, со стороны я выгляжу как курица, впервые оказавшаяся на льду. По-крайней мере, именно эту птицу я себе напоминаю сейчас.