Неправильный лекарь. Том 1 (СИ)

Поэтому наш с Вами рабочий день начнётся не по расписанию, — он смотрел на меня спокойно, но казалось, что видит всё, что происходит у меня в голове. — Давайте лучше продолжим в моём кабинете, там более подходящие условия.

Рабочий кабинет мозгоправа тоже находился на втором этаже, но почти в противоположном конце. Встретившиеся по пути пара медсестёр учтиво приветствовали меня и спешно уходили прочь. Всё, как и вчера. Можно было бы снова начать переживать по поводу того, что я тут натворил, но не получалось благодаря одному присутствию Корсакова поблизости.

— Проходите, Александр Петрович, располагайтесь на том уютном зелёном кресле у окна, а я приду буквально через минуту.

Я послушно проследовал в указанном направлении и сел, а точнее практически лёг в кресло, по конфигурации напоминающее стоматологическое, только гораздо комфортнее. Пока я здесь один, есть возможность осмотреться. Всё в кабинете навевало благодушие и спокойствие. От цвета обоев до предметов мебели и декора.

Вроде бы всё красиво, солидно, изящно, достаточно строго, а успокаивает. Может тоже магия участвует? А что, вполне возможно. Или какие-нибудь амулеты, артефакты.

Поразило количество книг на полках, закрытых тонированным стеклом. Угадывались лишь ряды позолоченных корешков, надписи разглядеть было сложно. Уважаю людей, которые любят дорогие книги и бережно к ним относятся.

Вошёл Борис Владимирович, придвинул ко мне поближе рабочее кресло на колёсиках и уселся рядом со мной, взяв меня за руку.

Странно, я думал, что он встанет в изголовье и положит ладони мне на виски. Снова сломанные стереотипы, уже не привыкать.

— Александр Петрович, сосредоточьтесь, постарайтесь хоть что-то вспомнить из того, что я буду спрашивать. Говорите первое, что придёт в голову.

— Хорошо, я готов, — невозмутимо ответил я, хотя у самого внутри всё начинало вибрировать при одной мысли, что он сможет вывести меня на чистую воду.

Тогда новая жизнь скорее всего покатится в тартарары. Дал сам себе обещание стараться не ляпнуть ничего лишнего. Правда очень сомневаюсь, что это как-то поможет.

Корсаков отпустил мою руку, подкатил кресло ближе и положил ладонь мне на лоб. По телу разлилась волна приятной слабости. Ага, и такое оказывается бывает. Я почувствовал себя парящим в облаках. Словно сквозь сон я слышал спокойный голос мастера души, как его назвал Виктор Сергеевич.