Может быть, когда создадут мировую ассоциацию одарённых, что скорее всего случится уже после окончания Таймера, всех одарённых обяжут раскрывать все свои способности и показывать артефакты для создания мировой базы знаний. Вероятно, для подтверждения нужно будет снять блокировку считывания характеристик навыком оценки."
"Но вступят ли в силу принципы, призванные поставить одарённых под максимальный контроль или же этого не произойдёт из-за опасности бунта зависит от того, что случится через две недели.
Серебрякова не стала дожидаться обеда и как только узнала, что Ушаков в своём кабинете направилась к нему.
Большинство живущих в Москве Стражей получили свою комнату в специальном штабе в самом центре столицы.
— Константин Романович сейчас занят и велел никого не впускать.
В небольшой приёмной на пути встал один из членов команды Ушакова.
— Что с того? — Серебрякова не сбавила темп.
— Послушайте, вы не можете… — мужчина запнулся и отскочил, ощутив как холодеет воздух. Но с пути пока не уходил.
— Что я не могу? Чем таким важным может быть занят Костя, что это должно заставить меня ждать? Встречается с президентом или хотя бы министром?
Не получив ответ, Серебрякова прошла мимо замершего одарённого и открыла дверь.
Кабинет забыли запереть и зря.
Спиной к двери на столе сидела невысокая шатенка с подтянутой фигурой, одетая в оттянутый большой грудью пиджачок, клетчатую юбочку и чулки. Она обхватила раздвинутыми ногами своего начальника, застыв в поцелуе.
— Так я по-твоему должна была ждать, пока он сношает свою помощницу? — осведомилась Серебрякова у замершего за спиной одарённого и пошла дальше.
Она зашла достаточно рано, оборвав всё лишь на начале. — Эдуард, подожди пока снаружи, теперь у нас действительно важный разговор.
— Маша, ну кто так вламывается⁈ — возмутился Ушаков, оторвав от себя женщину.
— Двери следует запирать. Кроме того, разве ты уже не должен отправляться?
Мужчина закатил глаза, всем видом показывая, как ему не нравится назойливость гостьи.
— Ада, подожди немного в приёмной.
Девушка спрыгнула со стола, обжигая недовольным взглядом Серебрякову, ойкнула от шлепка по заднице и прошла мимо, поправляя откровенный наряд. Ушаков с вопросом уставился на прервавшую его отдых.
— Отбытие.
— По плану через… полчаса, — Ушаков сверился с шикарными золотыми часами, блестящими брилиантами. Чистая швейцарская механика, которой не мешали никакие магические поля. — Ты же пришла не из-за беспокойства, что я опоздаю на собственный вертолёт.
