Кстати, уверен это низшие разведчики и рабочие. Скоро пойдут паучки поинтереснее.
Все стали вести себя осторожнее, меньше полагаясь на масштабную магию. Разве что Иванов многовато за мной добивал, а потом вовсе отделился от группы. Зато олень продолжал нарезать круги и затаптывать существ орды с неугасающим рвением.
Веселье продолжалось. Пауки окружали нас, раскидывая свои нити, забираясь на деревья и атакуя всё более слаженно. Судя по всему, подвид с коллективным разумом, который учится и адаптируется.
* * *— Ну что же… я немного ошибся.
Примерно двести пятьдесят особей.
Я один стоял и покручивал копьё, пока все остальные попадали на землю. Пауки атаковали до последнего, следуя программе уничтожения. Убежало лишь несколько низших существ.
Откуда-то прозвучало очень крепкое нелитературное слово. Никаких более вразумительных комментариев не услышал и потому снова подошёл к пауку, который стоя на лапах возвышался метра на четыре.
Слабая магия его не брала… зато Клава преодолела себя в жарила Вратами Света на заряде отданного Каменщиковым Осколка Шпиля.
Хорошо, что участок леса перестал существовать ещё раньше и луч был направлен под углом. Тело особо не пострадало, но похоже шаманка просто сожгла его душу. А ведь молнии Наташи вообще видимого урона не наносили.
— Олег, ты как после подобного навыка? — спросил я у одарённого, сидевшего на относительно целом стволе дерева. Остальную обширную поляну покрывал ковёр из зеленоватых щепок, из которых разве что торчали щербатые пеньки. Густо пахло смолой и паучьей кровью, которой ровным слоем покрыло всю площадь.
— Хреново… среднее истощение дара на четыре часа.
— И кто так делает?
— Алексей… прошу. Я просто хотел испытать предел мощности «режущего шторма».
— Что же, это тоже важно. Тем более пауки перестали прыгать с деревьев. Клава, а ты как?
Миниатюрная девушка сидела на корточках и смотрела на чёрную многоглазую голову. Кажется, она оказалась намного более устойчивой к перегрузкам дара.
— Я… больше не боюсь пауков.
Я их ненавижу.
— А вот я теперь боюсь, — раздался голос Ильи. Лучник, ещё в середине боя исчерпавший весь боезапас и перешедший на меч, с трудом встал и начал выдёргивать не сломанные стрелы и класть их в объёмные колчаны на поясе и за спиной. Правда пошатнулся и едва не упал. — Голова раскалывается после этой штуки.
— Зато в кои-то веки попадать начал, — выдохнул Сергей, осушив флягу. — Надо до пролома добраться.
— Сам сбегаю и уничтожу кладки, — махнул я рукой.
