Или решил только что, вот прямо сейчас? Но для чего? И кто такой этот Рустам Рафкатович? Парни из наркоотдела такого имени не называли.
Вообще-то у Ромки были несколько иные планы. Работы невпроворот, нужно бежать, и Антон ждет, после вчерашнего вечернего визита к супругам Масленковым появились новые фигуранты, и их следует как можно скорее начать отрабатывать. Но перечить следователю показалось в данный момент неразумным, по крайней мере, пока не станет понятным, что он задумал и чего добивается.
Дзюба поднялся из-за стола, держа в руке телефон. Недописанную справку протянул Барибану.
– Вы позволите, Николай Остапович? Буквально на минуту.
– Конечно, конечно, – благодушно закивал Барибан.
И куда девался хамоватый беспардонный мужик, которого Роман видел перед собой всего несколько минут назад?
В коридоре он первым делом набрал в поисковике имя «Рустам Рафкатович», без фамилии, которой Дзюба и не знал, но результат получил довольно быстро. Из великого множества выпавших фотографий лицо свидетеля оказалось в первой пятерке.
Рустам Рафкатович Ахмеров, второе лицо в партии, депутатом от которой является господин Чекчурин, отец потерпевшего Леонида Чекчурина. К разработке версии «дурь» никакого отношения не имеет. Или все-таки имеет?
Голос Сташиса по телефону выдавал нервное нетерпение.
– Ты едешь уже? Давай скорее, Ромка, горим, рук не хватает. Вишняков уже весь потный от напряга.
– Тоха, я застрял. Барибан вызвал на допрос некоего Ахмерова и требует, чтобы я остался.
– Ахмеров? – недоумевающие повторил Антон. – И кто это? В наших материалах такого имени нет.
– Это функционер из той партии, от которой избирался Чекчурин.
Пауза. Потом тяжелый вздох.
– Ну да, Чекчурин же депутат… Началась давиловка. Вот черт! Ладно, сиди, слушай, не собачиться же со следаком, тем более с таким мутным. Свидетель – шишка, такой долго рассиживаться не будет, даст указания и отвалит. Только непонятно, зачем тебе при этом… Ну, в общем, ты понял.
Дзюба вернулся в кабинет, где Николай Остапович на диво резво прыгал пальцами по клавиатуре компьютера, заполняя в протоколе данные свидетеля. Роман тихонечко уселся на свое место. Сташиса он понял. Диктофон в айфоне включен."
"– Рустам Рафкатович, вчера я обещал поставить вас в известность о том, как идет следствие по делу об убийстве Леонида Чекчурина, – начал Барибан серьезно и очень доброжелательно.
