Отмеченный Смертью VI (СИ)

Его обезьянья шерсть обладала, вероятно, совсем другим составом, чем обычная шерсть животных, иначе объяснить то, что она почти не пострадала от огня «Пекла» было практически невозможно. Тем не менее, в должной мере защитить тело Августа она не смогла: под ней находилось множество медленно заживающих ожогов.

Дастеры, особенно мутировавшие или обладающие трансформацией, имели очень хорошие восстановительные способности. В обычной ситуации на полное заживление ожогов ушло бы совсем немного времени, десять или двадцать минут, максимум — полчаса, однако ситуация была далека от обычной.

Люк продолжал атаковать и наносил все новые и новые раны. Поделенная на множество источников, регенерация Августа серьезно упала. Однако он все еще был жив и в состоянии продолжить бой.

Но даже кровавая ярость могла только продлить агонию. Раны, которые наносил Люк, стали менее глубокими, но что с того? Это все еще были раны, и каждая из них потихоньку подрывала жизнеспособность Августа. А его собственные атаки, несмотря на возросшую мощь, все еще не могли разрушить Тариан за один удар или помешать Люку увернуться.

В итоге ситуация оставалась односторонней, хотя со стороны это, наверно, выглядело иначе. Сидящая в карете Адель с замиранием сердца следила за двумя фигурами, боясь, что очередной удар преобразившегося дастера настигнет хрупкого по сравнению с ним юношу. Поначалу она даже не могла четко различить их движения, но постепенно что-то в ее восприятии изменилось и, хотя девушка не обрела всей четкости картины, она хотя бы начала смутно понимать, что происходит.

А еще, когда она смотрела на Августа, у нее появилось чувство чего-то... чужеродного. Чего-то, что нужно исправить! Адель непроизвольно поддалась этому чувству, но, прежде чем она смогла что-то сделать, в сторону кареты метнулась другая фигура. Ларс, видя, что дела его босса обстоят не лучшим образом, проявил инициативу и решил захватить жрицу отрицания, которая, как он знал, была спутницей этого пугающего парня.

Имея ее в заложниках, он сможет хотя бы спасти собственную жизнь, или даже убедить его не вмешиваться в дела рода Аверен. В этом случае Ларса ждала бы щедрая награда.

Правда, дастер очень боялся, что Люк заметит его движения и что-то предпримет, однако тот, казалось, был полностью увлечен битвой с Августом и никак не реагировал.

Теперь между Ларсом и исполнением нехитрого плана было только одно препятствие.