Отмеченный Смертью VI (СИ)

Именно поэтому слова Иды частично попали в цель. В некоторой степени она действительно чувствовала себя виноватой.

Иша не стала спорить и что-то доказывать своей сестре.

— Как бы то ни было, завещание есть завещание. И хотя церемония вступления в наследство состоится только через три дня, прошу всех, не желающих служить под моим началом, немедленно покинуть поместье!

На последней части она заметно повысила голос.

— Да как ты смеешь?!

Ида кипела от возмущения.

— Или ты ждала, что я добровольно откажусь от наследства и оставлю все вам? — саркастически спросила старшая из сестер.

— Признаюсь честно, меня не слишком волнует этот титул. Будь у меня другой брат или сестра, я бы с радостью оставила его им, вместе со всеми проблемами и обязанностями, однако ты... не достойна! Помимо того, что именно из-за тебя и мачехи я была вынуждена покинуть дом, вы даже посмели подсылать ко мне убийц! Разве так подобает вести себя той, кто унаследует титул эрцгерцога? Я даю тебе шанс, выйди и сразись со мной, если посмеешь!

Ида стиснула зубы.

Конечно, она была не настолько смелой или глупой, чтобы лично сражаться против кого-то, находящегося на четвертой ступени. Тем не менее, промолчать она тоже не могла. Просто, она еще не решила, что ответить.

— Как интересно! Ведешь себя столь самонадеянно, девочка. Интересно, что придает тебе такую уверенность? Только то, что твои помощники победили Августа?

Позади Иды появилась красивая женщина с пышной фигурой в сопровождении огромного накаченного мужчины с грубым лицом.

Именно она была тем, кто говорил только что.

Мгновенно опознал мужчину Генрих. Никто из его спутников не слышал этого имени, однако одна только аура новичка заставила их насторожиться.

— Он мутант. Намного сильнее обычного пятого ранга. Его способности это щупальца и яд. Будьте осторожны, не позволяйте ему отравить себя!

Пока Генрих говорил, Спрут с усмешкой смотрел на группу Иши, не пытаясь ему помешать.

— Хорошо, теперь вы знаете. Но... что это вам даст?

Произнес он, и хлопнул Оливию по упругой попке:

— Дорогая, ты ведь не против, если эта девушка не умрет сразу? — затем он перевел взгляд на Адель, — О, и эта тоже!

— Делай как знаешь, главное чтобы потом она умерла, — внутренне скривившись, ответила женщина. На самом деле она никак не могла повлиять на решения Спрута, то, что он спросил ее мнение, было лишь формой придания лица.