— Ну а я что делаю?
— В принципе ты нарушаешь социалистическую законность, — устало констатировал подполковник, — а методы твои, мягко говоря, слегка отдают анархизмом.
— С врагом у меня метод один: давить, чтобы врага не стало.
— Здесь не враги, капитан. Здесь твои сограждане. Запутавшиеся, преступившие закон нелучшие граждане нашей страны, каждому из которых, заметь, каждому мы обязаны дать возможность исправить свою жизнь.
Саша помолчал, посопел гневно и начал вежливо:
— С большим удовольствием прослушал вашу лекцию.
Вмиг открылись глаза. А теперь разрешите вопросик: мы обязаны дать возможность исправить свою жизнь и тому поганому убийце, которого ищем?
— Ну, о нем разговор особый… — начал было подполковник, но Саша перебил, задыхаясь от ярости:
— Вот это правильно! У меня с ним будет особый разговор.
— Не перебивайте старших по званию. С сегодняшнего дня вы будете действовать строго по моему приказу.
— Товарищ подполковник, разрешите напомнить, что я не служу в милиции.
— Вы откомандированы в мое распоряжение, капитан.
— Шестой! Шестой! — детским голосом заверещала рация. — Вас вызывает дежурный по городу. Шестой! Прием!
Подполковник подхватил наушники и микрофон, перевел рацию на передачу, сказал отчетливо и громко:
— Шестой слушает! Прием! — Перевел на прием и долго слушал, потом сказал: — Вас понял. — Снял наушники, положил микрофон и обратился к Саше: — Только что опять совершен налет.
У нас на путях.
— Что взяли?
— В том-то и дело, что глупость какую-то. Партию пишущих машинок. Что они с ними делать будут? Машинка — вещь заметная и громоздкая.
— А может, главное было совершить налет, а не брать что-то?
— Демонстрация? Неуловимый Семеныч продолжает действовать? Вполне возможная вещь. И почерк схож."
"Помолчали, подумали, не глядя друг на друга. Внезапно Саша помечтал вслух:
— Как только кончится война — сразу же в институт.
— В какой? — поинтересовался подполковник.
— В педагогический.
— А у нас педагогикой заняться не желаешь?
— Так вам же мои методы не подходят.
— Нашим методам мы тебя научим, дело не особо хитрое. Нам позарез нужны люди с чистой и твердой совестью. Люди, не устающие бороться за правду.
Саша заглянул в усталое худое лицо подполковника и виновато спросил:
— Я сильно напортачил?
— Есть самую малость, — улыбнулся подполковник.
