Поединок. Выпуск 18

Вот тут-то он и спустился из своего Эдема на грешную землю и понял сразу, что весь смысл откровения Усова сводился к простой конкурентной борьбе.

Хотя кое-что он уяснил. Теперь ему было ясно, кто стоял за убийствами и поджогом. Безусловно, Дергаусов.

Княжина убили из-за каких-то документов. Если Усов, в этом Бахтин не сомневался, отдал ему все, то, значит, у кого-то еще находились бумаги, компрометирующие компанию господина Дергаусова. Но у кого?

Убитый подполковник мог передать их только человеку, которому доверяет.

Серегину. Но у него ничего не нашли. На шее покойного был медальон. Кто-то сорвал его.

Сестра сказала, что медальон был с женским портретом. Зазвонил аппарат. – Бахтин у телефона. – Это Кулик. – Слушаю вас.

– Сыщики показали фотографию Серегина во всех клубах, где разрешена карточная игра. Его никто не знает.

– Прекрасно, а вам не удалось восстановить его день перед поджогом? – Пока нет. Но я стараюсь. – Хорошо. Бахтин положил трубку. Кулик не сообщил ему ничего нового. Бахтин вновь поднял трубку.

– Барышня, 52-26, пожалуйста. – Соединяю. – Алло, – на английский манер ответил Кузьмин. – Женя, здравствуй. – Здравствуй, Саша. Что нового? – Много чего, еще одно убийство.

– Да что ты. У меня для тебя есть новости, приезжай в редакцию.

Бахтин начал собираться. Перед отъездом он основательно обновил свой гардероб. Хороший портной сшил ему три пиджачных костюма. В Английском магазине он приобрел прекрасное двубортное пальто и даже на Невском прикупил новинку – продолговатые наручные часы.

Он надел темно-серый в елочку костюм, завязал галстук, скрепил его серебряной булавкой. Посмотрел на себя в зеркало и остался доволен.

Внезапно кто-то позвонил в дверь. Марии Сергеевны не было, она ушла к ранней обедне, поэтому Бахтин пошел отворять. На пороге стоял человек в кепке и потертом пальто.

– Вы, – начал Бахтин и узнал Митю Заварзина. Господи, как он изменился с момента их последней встречи. Отечное лицо, мешки под глазами. Такие лица бывают у больных или сильно пьющих людей.

Куда делось его парижское щегольство. Помят и небрежен был его давнишний знакомец. – Пусти меня, Саша. – Заходи. – Ты должен меня спрятать.

– Я тебе ничего не должен, – холодно ответил Бахтин. Аи да Белецкий! Вот спасибо, господин сенатор. – Ты спас нас в Париже…

– Что ты несешь? Кого я спас? При чем здесь Париж? – Саша, за мной гонятся.

– Это твоя судьба, Митя. Ты бежишь, тебя догоняют. А откуда ты узнал мой адрес? Я несколько дней, как из столицы.