Поединок. Выпуск 18

Видишь, как все хорошо сходится, мы его замочим, а на социалистов свалим. Пусть Мартынов со своей охранкой побегает. – И то дело. Но почему в январе? – Он мне должен Дергаусова засадить.

– Ну и ловок ты, Гриша. Теперь скажи, куда мне девать мою долю драгоценностей? – Туда же, куда и мою. – Не понял.

– Я через Финляндию в Стокгольмский банк отправляю. Здесь, Андрюша, дело ненадежное. Видишь, у людей настрой какой. – Бунта боишься? – А ты нет? – Не очень.

– А я боюсь, поэтому и коплю на безбедную жизнь в краях далеких.

Война через год-два кончится. Мне один полковник говорил, немцы уже кошек жрать начали. – Кошек не кошек, а конину точно. – Откуда знаешь? – С пленными говорил. – А ты языки знаешь?

– Гриша, я же классическую гимназию закончил, в университете курс юридических наук познавал.

– Вот это да, – искренне удивился Рубин, – значит, вот почему ты Адвокат? Почему же курс не окончил? – На каторгу загремел.

– Понял. Все равно советую, Андрей, ценности в Швеции держать.

– Нет, Гриша. Камни, что на этом гранде возьмем, прячь там, а деньги буду проживать весело.

– Молчу. – Рубин развел руками."

"Бахтин вышел с конспиративной квартиры и с удовольствием огляделся. Снег плотно прикрыл Москву. Воздух стал чистым. Ему даже показалось, что первый морозец пощипывает уши. Чистопрудный бульвар был весь белый, но Бахтин пошел по нему, приминая подошвами мягкий снежок. Ну что ж. Разговор с Чиновником состоялся. Мишка подписал расписку и стал его агентом. Знаменательное событие. Первый источник в Москве.

Они оговорили ту непростую операцию против Дергаусова. На той стороне, словно на том берегу, Бахтин увидел узкую дверь с нарисованной на ней бутылкой и рюмкой. Он остановился. Бульвар, словно река, разъединял их. И ползли по этой заснеженной реке пароходы-трамваи. Надо было переходить эту реку вброд. И он пошел, утопая туфлями в снегу, перелез через чугунную ограду, переждал недовольно затрещавший корабль и вышел на другой берег. До чего же уютное место он нашел. Чистенько, опилки свежие на полу восхитительно пахли смолистым деревом. Круглые мраморные столики. И народу никого.

– Чего изволите? – Буфетчик сам вышел из-за прилавка. – Водочки бы мне, да пивка.

– Сами знаете, господин, как по времени-то военному. – А ты, братец, мне ее в чайничке подай.

– Ну, что делать, такой гость приятный. Держал для себя… – Вот и поделись с ближним. – Так я вам фужерик? – И себе, угощаю. – Мы это с удовольствием. Чем закусите? – На твой вкус, дружок.