Поединок. Выпуск 18

Нокаутировать двоих, завладеть оружием и попробовать бежать, а если не удастся, то отдать свою жизнь как можно дороже.

Вот и сбылось обещание Кувалды. Тогда, шесть лет назад, он не обратил внимания на вопль бандита, которого конвойные выводили из зала суда. А вот как вышло.

Оправившись после ранения, Бахтин вышел из больницы совсем в иной мир. Иногда ему казалось, что все, что происходит, пригрезилось ему в горячечном больничном бреду.

Он не был монархистом и не испытывал никаких привязанностей к царствующему дому.

Бахтин, как, впрочем, многие служащие сыскной полиции, был необыкновенно далек от политики, считая ее делом грязным и недостойным. Как человек умный, он прекрасно понимал, что стране просто необходимы перемены, правда, какие, он определить не мог. Но то, что произошло, ошеломило и испугало его.

На второй день после больницы он поехал на службу.

Литвин, которого перевели в Москву вместо убитого Косоверьева, рассказал о разгроме сыскной полиции, похищении архива, о знаменитой амнистии, которую Керенский объявил всем уголовникам, заявляя, что заблудшие дети новой России, все, как один, пойдут добывать правительству Дарданеллы. С каторги и из тюрем выпустили армию уголовников, немедленно приступивших к своим любимым занятиям: налетам и грабежам.

Новый мир, в котором теперь предстояло жить Бахтину, был незнаком и опасен.

На службе его встретил Маршал к, который сидел в его кабинете.

– В моем комиссар Временного правительства расположился, некто господин Сапрыкин, – сказал он угрюмо.

– Кто таков?

– Из студентов-правоведов, недоучка. Тебе, Саша, к нему надобно.

Бахтин без стука открыл дверь. За столом сидел человек с мучнисто-белым лицом, чахлой бороденкой и маленькими злобными глазами.

– Вы кто? – резко спросил он.

– Я помощник начальника сыскной полиции, коллежский советник Бахтин. А вы кто?

– Я полномочный комиссар Временного правительства Сапрыкин. Вы, кажется, из больницы? – Да. – Бахтин сел без приглашения и закурил. – В моем кабинете не курят.

– Потерпишь. – Гражданин Бахтин…

– Я тебе не гражданин, а его высокоблагородие коллежский советник.

– Временное правительство отменило указом от 1 марта данный вид обращения.