Поединок. Выпуск 18

– А здесь играют только на интерес, – заржал Колька.

Бахтин взял из стойки кий. Прикинул. То, что нужно, тяжелый и удобный. – Так какой твой интерес? – подошел к Базыкину.

– Мой, говоришь. – Колька засунул руку в карман фасонистых бриджей и вынул пачку денег.

Здесь были и керенки, и советские, и добрые старые «катеринки», и «петруши».

– Давай по «кате» сгоняем. – Он положил на сукно сторублевку.

– Я за такие деньги из дома не выхожу, – с презрением ответил Бахтин.

– Ишь ты, деловой, – Базыкин оглядел своих ребят, развел руками, – я тогда «петрушу» добавлю.

Легла на стол пятисотенная бумажка. – Чем ответишь?

Бахтин расстегнул карман кителя, вынул фотографию, сделанную Дранковым, и бросил на стол. Он не стал ждать реакции Базыкина и с размаху ударил его тяжелым кием. Развернулся и достал второго, выхватившего из-за голенища нож. Кий сломался. В комнату ворвались Литвин с чекистами.

– ЧК, всем к стенке, – рявкнул Алфимов.

Губастый парень в люстриновом пиджаке выхватил из-за пояса наган. Бахтин выстрелил.

Пуля угодила точно между глаз. Литвин и Батов ловко обыскали задержанных. На столе появились два нагана и три браунинга, ножи и кастеты, внушительная кучка денег. – Где милиционеры?

– Здесь мы. – В дверь опасливо заглянул старший пикета. – Это ваши жиганы, вы их и забирайте. – Так как же, товарищ начальник, куда же мы их?

– Холодная при бывшем жандармском посте есть? – Оно конечно, но там у нас овощи лежат.

– Вот что, любезный. – Бахтин подошел к старшему. Он хотел сказать ему о том, что такое служба, но, посмотрев еще раз на маленького, худого, с ввалившимися щеками человека в шапке с милицейским значком и путейской куртке, понял, что любые объяснения здесь бесполезны.

– Где ваш комиссариат? – В Горенках.

– Вот вы этих дельцов на картошку посадите и телефонируйте в Горенки, пусть их заберут. – Сделаю.

– Ну а теперь все выйдите, мне с Колей Базыкиным потолковать надо.

Бахтин подошел к лежащему у стены Базыкину, рывком поднял его и коротко без замаха ударил его по печени.

Базыкин, пуская ртом пузыри, медленно осел.

– Это тебе, Коля, аванс. А дальше у нас разговор будет. – Я ничего не знаю, – прохрипел Базыкин.

– Слушай меня, жиган с ландринной фабрики, меня твои скачки и тормозилы не интересуют. Ты шофером был, когда из сыскного архив увозили? – Ну я. – Куда отвез? – А если скажу? – Мне твои рассказы ни к чему. Ты покажешь где. – А потом?

– Потом. – Бахтин закурил. Посмотрел на сидящего на полу грабителя.