Поединок. Выпуск 18

– Как ты это сделал?

– Фрэнку я назначил свидание от твоего имени в мотеле, в комнате, заказанной по телзфону. Я влез через окно. С Болтоном – я сразу понял его сущность. Притворился, что согласен. Мы тут же договорились о встрече в малоизвестном отеле. Он обалдел от счастья. С ключом, который он дал мне, я мог прийти и уйти, когда вздумаю. Никто меня не видел. С Лолой – я целую ночь откручивал гайки на передних колесах ее машины. Вот и все.

Я могла бы молча вышвырнуть Льюиса вон. Но дикого льва не выпускают из клетки.

Он продолжал бы издали следить за мной и убивать, как машина. Я могла бы заставить его покинуть город, но он подписал долгосрочный контракт, и, куда бы он ни отправился, его обязательно нашли бы. А передать его полиции я не могла. И никогда ни с кем не смогла бы этого сделать. Я попала в западню.

– Ты знаешь, никто из них не страдал, – успокоил меня Льюис. – Все произошло очень быстро.

– Какое счастье! Ты вполне мог бы зарезать их перочинным ножиком, – с горечью съязвила я.

– Ты прекрасно знаешь, что это не так, – с нежностью в голосе произнес Льюис. Он взял меня за руку. На мгновение, не осознавая, я ему это позволила. Но лотом вспомнила, что эта теплая тонкая рука, держащая мою, убила трех человек, и с изумлением отметила, что меня это уже не ужасает. Тем не менее руку я решительно убрала.

– Тот парень, вчера, ведь ты хотел убить его, не так ли?

– Да, глупо все вышло. К сожалению, я принял ЛСД и не понимал, что творю.

– Но, не учитывая этого… Льюис, ты понимаешь, что ты наделал?

Он смотрел на меня.

А я вглядывалась в зеленые глаза, в совершенную линию рта, черные волосы, гладкую кожу: я искала проблеск понимания или отпечаток садизма, но не нашла ничего. Ничего, кроме беспредельной ко мне нежности. Он смотрел на меня, как смотрят на закапризничавшего ни с того ни с сего ребенка. Клянусь, в глазах Льюиса я видела снисхождение ко мне. Эта последняя капля переполнила чашу терпения: я расплакалась. Льюис обнял меня, стал гладить мои волосы, и я его не остановила.

– Между нами говоря, – шептал он, – с прошлой ночи мы оба много плакали.

XI

Естественно, у меня начался приступ печеночной колики. Если возникает серьезная проблема, у меня обязательно появляются резкие боли в правом подреберье. Приступ продолжался два дня, что дало мне возможность сорок восемь часов ни о чем не думать. Я выкарабкалась из болезни печальная, но решившая все оставить как есть.