— Сейчас я получу искреннее удовольствие! — заорал он, спрыгивая с телеги и вытаскивая из нее лопату. — Ну-ка, Федя, придержи его, чтоб не убег.
Андрей удивленно, но спокойно смотрел на него. Он не понимал такой веселой, легкой наглости, не понимал, что он один и безоружен, а их — двое и он им мешает. Он все так же стоял, прислонившись к дерезу, и так же держал руки за спиной.
Шпингалет подбежал, перехватил лопату и со словами: «Не правда ли, чудесный день?» — ударил Андрея ногой в живот. Андрей всхлипнул, согнулся, и что-то очень тяжелое обрушилось на него.
..
3
Очнулся Андрей оттого, что будто кто-то мягко, но настойчиво поталкивает его в плечо и от этого очень больно голове. Он открыл глаза перед ним медленно двигалась полоска кустов, мелькали желтые головки цветов, качалась трава, и тогда он понял, что лежит в телеге, под головой — свернутая телогрейка Лешего. Сам егерь сидит впереди, покачивается его широкая спина, ветерок шевелит длинные седые волосы.
Андрей попытался подняться на руках.
Леший обернулся:
— Ну, как ты, Андрюша? Темень шибко болит? Вот ведь какая служба у тебя нерадостная.
Андрей старался держать голову неподвижно, чтобы не было так больно, говорил одними губами.
— А Шпингалет где?
— Там же и валяется небось. Не убегет. Так я и позволил, чтоб всякий дерьма кусок наших, синереченских, бил...
Андрей постарался понять, что такое очень важное он должен сделать сейчас же, пока не уснул — в сон клонило неумолимо, жестоко. Вспомнил.
— Лукьяныч, сумка моя там осталась? Не видал?
Егерь пошевелился, запустил руку под зад, вытащил планшетку:
— Держи. Ты когда падал, так у ней ремешок лопнул.
Андрей, морщась, противно слабыми руками раскрыл планшетку, вытряхнул раскрошившиеся грибы, достал протокол...
— Погоди, погоди рвать, — опередил его Леший. — Ты почитай сперва.
— Я помню — что там читать...
Но уже бросилась в глаза косая, неровная строчка внизу листа:
«В чем собственноручно и подписуюсь. Федор Лукьяныч Бугров (Леший)».
Андрей уронил руку с листком на грудь, помолчал.
— Мотоцикл мой надо из Оглядкина забрать.
— Ключи где у тебя? В сумке? Не беспокойся, жениха пошлю — он сумеет.
— Непонятная история, — чуть слышно пробормотал Андрей непослушными губами, повернул голову набок, облегченно прикрыл глаза и тотчас глубоко и спокойно заснул.
ЕВГЕНИЙ ЛУЧКОВСКИЙ
«И ПРОЧИЕ ОПАСНОСТИ!»
Этот день для Эдуарда Баранчука начался исключительно неудачно.
