Так оно и случилось: не доезжая километра три до места, клиент повернулся к нему и заискивающе заговорил:
— Вы только поймите меня правильно... Как мужчина с мужчиной. Я, конечно, заплачу... вы, наверно, тоже женаты... Господи, что я говорю?! Слушай, парень, мы сейчас едем ко мне на дачу, а там моя жена... Словом, у нее кто-то есть...
Игра становилась интересной.
— А я здесь при чем? — спросил Эдуард, который, в сущности, не был поклонником домостроя, но к супружеской неверности относился резко отрицательно.
— Надо как-то войти в дом, чтобы он.
.. ну, то есть тот... чтобы они не успели одеться и убежать...
— Я постучу и скажу: телеграмма, — предложил Баранчук. Роль частного детектива сегодня просто улыбалась ему.
— Гениально! — прошептал мужчина. — Просто, но гениально!
Он достал какую-то купюру, положил в ящик между сиденьями.
— Вот деньги, тут хватит, лучше нам рассчитаться сразу... по-прежнему заговорщицким шепотом оттарабанил пассажир.
«А чего он боится? — подумал Эдик. — Что любовник убьет его и он не успеет со мной рассчитаться?» Теплая волна сочувствия и нежности к этому благородному и обманутому человеку захлестнула Эдика.
— Приехали, — сказал пассажир, — здесь направо...
Они покинули машину и почему-то на цыпочках поднялись на крыльцо небольшого летнего домика. Эдик постучал. В доме зажегся свет, прошлепали чьи-то шаги, и сонный женский голос из-за двери спросил:
— Кто там?
— Вам телеграмма.
За дверью помолчали. Потом тот же голос сказал:
— Положите под дверь.
И тогда пассажир — Эдик не успел и мигнуть, — с жутким криком выставив плечо, бросился на дверь.
Та с грохотом распахнулась, и он влетел в проем. Верный долгу, Эдик последовал за ним и тоже вошел в комнату. Никого! Позади них, усмехаясь и уперев руки в боки, стояла усатая неопрятная толстуха.
— Ну, что? — сказала она. — Опять таксиста привел?
Эдик вышел, на ходу подавляя в себе чувство невольного стыда. Он сел за руль и, включив дальний свет, стал по проселку выбираться на основное шоссе.
«Да-а, — думал он, — не зря красавицы жалуются, дескать, мужиков нет.
А вот для такой всегда найдутся, еще и выбирать будет...»
В свете фар на обочине возникли две фигуры. Один из мужчин поднял руку.
«Повезло, — подумал Эдик, — холостого пробега не будет...»
Однако, памятуя советы Жоры, поставил, прежде чем подъехать, двери на кнопки: так они снаружи не открывались.
— Куда, ребята? — спросил Баранчук, приспуская окно."
"— В город, шеф, — сказал, наклонившись, один из них.
