— А день?
— День? Ах ты, прямо затмение. Не помню дня. В конце месяца.
— Вспомните, тетя Поль. Пожалуйста.
Тетя Поля с сожалением улыбнулась:
— Может, после дня армии, но точно не скажу. После праздника.
После праздника. Это уже много. Если Лешка приходил к ней после двадцать третьего февраля, а убили его двадцать пятого, то остальное, насчет даты, в принципе можно не выяснять.
— После праздника? Праздник двадцать третьего февраля. Значит, двадцать четвертого?
Тетя Поля застыла вспоминая:
— Может быть.
Двадцать четвертого. Или двадцать пятого. Да, так примерно. Нет, двадцать пятого. Я как раз дежурила двадцать пятого. Дежурство заканчивала, — она с облегчением улыбнулась.
Двадцать пятого. Ну и ну. Лешка приходил к ней в день своей смерти.
— А в котором часу?
— Утром. Да, утром, часов в десять. Все уже в техникум ушли.
— Он пришел к вам, и что дальше?
Тетя Поля покачала головой. По поведению — она чиста.
— Дальше. Дальше вошел, значит, он, а я и не думала сначала, что милицейский.
В курточке такой, сам худенький. Подошел, значит: «Здравствуйте, говорит, я из милиции». Ну что ты, Андрюш, смотришь-то так?
— Вы, тетя Поль, подробней.
— А чего подробней, уж куда подробней. Книжку показал. Красненькую. Ну, я книжку эту не стала даже смотреть. Мне это ни к чему.
— А потом?
— Потом? Ну, потом. Потом он их и достал, эти рисунки. Карандашиком так, на бумаге нарисованы. Показывает, я гляжу — четверо парней. А он: «Посмотрите, — говорит, — у вас тут не болтался на входе кто-нибудь, похожий на этих?»
— Что, именно так и сказал?
— Да, говорит, не болтался ли, говорит? Особенно, говорит, около стеллажа для писем.
Вот это да! Около стеллажа для писем? Это — связь!
— Ну а вы?
— А что я? Я же говорю, как раз накануне я вроде видела одного, похожего на этого лопоухого."
"Ровнин достал из кармана бумажник, порылся в нем, выудил фотокопии Лешкиных рисунков. Выбрал и положил на стол изображение «Маленького». Тетя Поля испытующе посмотрела на Ровнина.
Подтянула к себе фотографию.
— Вот те на, и фото даже есть. Ну, он, он это, этот самый, которого Леша мне показывал. Он.
Ай да Лешка. Ай да Лешка, молодец! Черт, Евстифеев! Что же ты делаешь? Значит, Лешка ухитрился определить лопоухого. «Маленького». Вот тебе на. «Маленького» засекли. Ну и Лешка! Черт, ну и Лешка!
— Вы что, в самом деле его видели? — Ровнин спрятал фото. Проверить лишний раз не помешает.
— Кого?
— Ну, лопоухого?
— Да я же говорю, видела.
