Она обняла его осторожно, медленно, неумело. Обняла, будто боялась, что он сейчас не разрешит ей это сделать. Вырвется. Он же просто не знал, что сейчас сказать, и только чувствовал, как ее губы шевелятся у его груди. Какой же он все-таки подлец. Подлец и мерзавец.
— Андрей, ты знаешь, кажется, случилось ужасное.
Она сказала это спокойно, совершенно спокойно. Сказала, ровно дыша ему в грудь.
— Что — ужасное? Она вздохнула.
— Так что — ужасное?
— Я не знаю, как тебе сказать. Кажется, я просто не могу без тебя.
Понимаешь?
Она ждала его ответа, но он молчал.
— И кажется, не смогу никогда больше. Ты понимаешь? Я — без тебя — никогда — не — смогу. Просто — не — смогу. — Она посмотрела ему в глаза и улыбнулась неуверенно, жалко. — Ты не думай. Насчет писем. Все будет в порядке.
Повернулась и ушла.
Ровнин видел, как Лиза разложила вторую почту; несколько человек уже стояли у стеллажа и ждали, чтобы посмотреть письма; все это были свои. Пока все, как обычно, среди них ждет и Ганна. Лиза ушла, и в это время Варвара Аркадьевна крикнула из дежурки:
— Андрюш, на минутку!
В принципе он не раз уходил в дежурку именно в момент, когда приносили вторую почту.
Конечно, если у стеллажа в это время оставалась Ганна. Поэтому и сейчас отошел со спокойной душой. И именно в этот момент, только войдя в комнату, услышал четыре коротких звонка.
— Кого это? — спросила Варвара Аркадьевна. — Тебя, наверное?
— Не знаю.
Значит, Ганна увидела письмо? Пустышка? Все может быть.
— Я пойду в техникум, Андрюш, проследи, чтобы белье собрали.
Сам-то не занимайся, дежурные сделают, ты только посмотри.
— О чем разговор, бу-сделано.
Варвара Аркадьевна вышла, и в момент, когда она открывала дверь, Ровнин увидел, что в коридоре стоит Ганна. Зачем, они ведь договорились, чтобы она, позвонив, сразу шла по своим делам? Но в ее лице сейчас что-то есть, что ему не нравится, очень не нравится.
— Ты что? — тихо спросил он.
— Андрей, — она сказала это шепотом, — там, в ячейку на «П», письмо положил какой-то парень.
Все, что он подумал после этих слов, заняло доли секунды. Какой-то парень. Значит, не почта, а прямая передача? В общем, он этого всегда ждал. Но надо же было случиться, чтобы именно в этот момент он отошел! Да и ждал как один процент из ста. А зря, совершенно зря. Быстро — спросить у нее словесный портрет. Парень уже ушел? Или стоит? Если ушел, то в эти доли секунды надо решить: бежать за ним? Или не бежать? Раскрыть себя? Бежать больно уж соблазнительно.
