— Раз прогресс не желает идти к нам, пойдём к нему сами. — И надвигается на меня, посверкивая глазами и обнажая клыки в жутковатой улыбке."
"Но после сияющих красных глаз Ники его тёмные не вызывают трепета, да и слишком я сегодня устала, чтобы пугаться даже клыков. Тем более у моей Пушинки не хуже, и она за меня может кроваво отомстить.
— Хм, — Санаду разочарованно вздыхает. — Соседство с вампирессой плохо на тебя влияет, ты меня больше не боишься.
— Ну извините, что разочаровала. Может, в другой раз испугаюсь.
Запрокинув голову назад и сложив руки на груди, Санаду поглаживает указательным пальцем губы. Под устраивающейся Пушинкой жалобно скрипит обивка кожаного кресла.
— Я понял, в чём твоя проблема. — Санаду постукивает пальцем по подбородку.
— Ив чём же?
— Ты слишком любишь всё контролировать.
Еле сдержав фырканье, отвечаю:
— Я полагала, вы скажете, что я слишком много думаю о постороннем и переживаю по пустякам.
— Вот видишь, ты и меня пытаешься вкрутить в свои рамки возможных действий.
— Прогнозировать чужое поведение — нормально, иначе социальное общение невозможно.
— Видишь ли, ты не просто спрогнозировала, ты мне ещё и претензию высказала, что ожиданиям не соответствую.
— Я просто сказала, — цежу я под испытующе-насмешливым взглядом. — Разговор поддержала, никаких претензий в этом не было.
— Валерия, ты случайно не забыла, кто я?
— Вампир.
— Менталист. — Он улыбается. — Я менталист, а ты на редкость фонтанирующая ментальными волнами девушка, поэтому мне можешь не рассказывать, какой посыл был в словах, я это знаю, возможно, лучше тебя, потому что у меня нет необходимости на этот счёт обманываться.
— По-моему, это у вас привычка всем приписывать мотивы и ждать их исполнения. Санаду качает головой:
— Нет, ты слишком, слишком зациклена на контроле своей жизни, существ в твоей жизни и самообвинениях в случаях, если что-то пошло не так.
— Прауу, — подаёт голос Пушинка. В кресло она не втиснулась, лежит, закинув зад на подлокотник и со второго свесив лапы.
— Оитаки.
— Даже твоя… зверушка с тобой согласна, — хмыкает Санаду.
Всё, у меня просто нет сил ещё и спорить. Опустив плечи, качаю головой:
— Считайте, я со всем согласна, и что с этим делать?
— Ты не согласна, меня можешь не обманывать ещё минимум год, всё равно пойму. Смотрю на него исподлобья. Его слова, весь вид говорят о том, что он издевается.
— Я абсолютно серьёзен, — уверяет Санаду. — У тебя искажённое восприятие.
