Попаданка в академии драконов 3

Выбора нет, так что собираю волю в кулак. Я должна научиться всему быстро, мне нужно белое пламя, уничтожающее вестников Бездны.

* * *Пламя на дальнем расстоянии становится упрямым. Чем больше площадь его использования — тем легче оно теряет температуру и, выжигая кислород, перекидывается на те участки, где по плану гореть не должно. Если в огнеупорной мастерской для тренировок такой сбой — пустяк, то в другом месте он может привести к пожару или навредить своим.

— Только полностью контролируемое пламя может быть эффективным оружием, — говорит Видар.

— Твоя воля ведёт его, будь твёрдой — и он подчинится, — учит Видар.

— На стадии обучения нельзя поддаваться эмоциям. Сначала ты должна научиться контролировать пламя в состоянии покоя, а потом уже, зная, как это делать, сможешь управлять им в состоянии нервного возбуждения. Поэтому все огорчения неудачами, честолюбивые желания научиться всему немедленно и прочую ерунду отбрось в сторону. — Он стукает тростью по каменному полу. — Есть ты и наполняющая тебя сила, которая хочет стать огнём.

Хорошо ему об этом говорить, он-то давно научился. А мне тяжело успокоиться: то кажется, что я попусту теряю время, то одолевает беспокойство за Арендара, то убивает неуверенность в своих силах.

Но несмотря на всё это к концу дня получается создать небольшой щит из огня. Пока ещё бестолковый по словам Видара, потому что недостаточно плотный, но всё же это прогресс.

А вскоре меня ожидает прогресс иного рода — информационный.

Глава 13

От напряжения капелька пота стекает с виска. Передо мной бушует стена оранжевого пламени, но не жарко ничуть. Внутри всё дрожит — нужна невероятная сосредоточенность, чтобы постоянно поддерживать этот огонь.

— Концентрация! — с той стороны пламени командует Видар.

От страха чуть передёргивает, но я вливаю больше магии, и пламя желтеет, местами приобретая заветный белый цвет. В любой момент может последовать удар… Добавляю больше магии, уплотняя огонь.

От удара пламенная стена прогибается на полметра. Видар не мелочится. Среди языков проступает уголок брошенного кирпича, но я в последнем порыве усиливаю огонь, и тот отталкивает кирпич, словно резиновая преграда.

Выдохнув, медленно опускаюсь на колени. Без поддержки пламя, чуть погорев за счёт воздуха, угасает.

Опирающийся на тросточку Видар внимательно меня разглядывает.

— Плохо? — сипло уточняю я.