Отделение уже работает».
У Дегона дымок идет из ноздрей.
— Сейчас отправимся в Нарнбурн, все организуем, — взглядом скольжу по лохматой бороде и треснувшей по швам, прожженной искрами рубашке. — Вы бы переоделись...
Дегон фыркает. Проходится из стороны в сторону:
— Ну и молодежь нынче пошла: старых драконов вздумали учить.
Реналия едва сдерживает улыбку.
— Конечно, я переоденусь, — ворчливо продолжает Дегон. — Только во дворце у меня личного гардероба нет, как получу разрешение на телепортацию, отправлюсь в Академию и приведу себя в порядок.
Только не думай, что сможешь воспользоваться случаем и улизнуть.
— Ну куда я улизну? — улыбаюсь я. — Императорский дворец место приметное, трудно его на карте потерять и адресом ошибиться.
— Др-раконица, — признает Дегон то ли раздраженно, то ли довольно.
Слегка киваю, признавая его правоту.
А он ведь наверняка в Клубе коллекционеров состоит. Интересно, удивится, узнав о моем запечатлении, или нет?
В огненно-золотом вихре рядом со мной возникает Арен, тут же обхватывает за плечи, прижимая к себе.
— Оиии! — Пушиночка грандиозным прыжком заскакивает ему на плечо и пытается влезть на голову, но Арен ловко перехватывает ее и прижимает к груди.
— Ректор, — слегка кивает Арен.
Дегон неохотно, но голову в ответном приветствии склоняет. Тут же продолжает недовольно:
— Как ты мог позволить своей денее отдать сокровища? Как она могла так варварски поступить?
— Лера поступает так, как считает правильным, — Арен скользит ладонью по моей обнаженной для крыльев спине.
— И она полностью компенсирует потери Академии, не стоит на нее огрызаться. Мне. Это. Крайне. Не. Нравится.
Брыкавшаяся Пушиночка прижимает ушки и повисает на его руке. Дегон щурит отливающие красным глаза, раздувает ноздри. Но говорит только:
— Открой мне возможность телепортации, мне еще переодеться надо. Встречаемся у имперского банка Нарнбурна.
Пару мгновений спустя раздосадованный и недоверчиво косящийся на меня Дегон исчезает в костре алого пламени.
— Лера, не обижайся на него, — просит Арен. — Он старый одинокий дракон, для которого Академия — это все.
— Я уже поняла.
Из-под полуопущенных ресниц поглядываю на Реналию, проверяя ее реакцию на Арена: она склонила голову и на Арена даже не смотрит. Зародившееся в глубине души раздражение стихает: хорошая фрейлина...
— Реналия, пожалуйста, приготовь все необходимое для разработки платья и отнеси в башню. Как только вернемся из Нарнбурна, займусь эскизами.
