пожалуй, Арен прав: в такой компании трудно сосредоточиться на деле.
Оглядываю вырисовывающиеся в сумраке готические здания... с ними связано немало воспоминаний. Здесь я впервые столкнулась с настоящей магией, здесь подписывала договор на обучение. Теперь, когда известно о демонической сущности Эзалона, мой вопрос о подписи кровью кажется не таким уж забавным. Здесь мы познакомились с Никой... и Ареном... Здесь на меня напала Вильгетта, здесь же она меня защитила и выбрала мне служить. Тут я столкнулась с неродственным отношением Элиды, здесь.
.. ох, в одной Академии со мной случилось столько всего, что хватило бы на несколько жизней.
— Пришли, — Арен сжимает мою ладонь, я поднимаю взгляд: почти возле стены теперь возвышается черная каменная пирамида три метра высотой.
Склеп.
Дверь в него охраняют две белые статуи: дракон с золочеными глазами и Магарет.
Привезенные нами цветы точно подойдут этому жуткому строению.
— Обычно хоронят в подземных склепах, — Арен простирает руки перед собой.
— Но для Огнада решили сделать исключение. Еще и потому, что он... такой странный после смерти.
— Он так и остался статуей?
— Да. Лук изъять не удалось даже Лину, а исследования показали, что Огнад вместе с луком теперь одна большая магическая аномалия. Некромантские заклинания об него вовсе разбиваются.
— Понятно, — вздыхаю: жаль, что ему не удалось уговорить богиню смерти Магарет сохранить себе жизнь, он был этого достоин. — Тебе, наверное, нужны инструменты?
— Нет.
Присмотревшись, понимаю, что земля возле склепа-куба движется, перекапывается.
— Лера, я занимаюсь цветоводством много лет. Владея магией земли и воды, я давно научился сажать цветы без инструментов.
— А моя помощь нужна?
— Просто посмотри, — улыбается Арен и поглаживает меня по спине.
Он правда виртуоз своего дела: грядки получаются ровными, пышными. В них сами собой раздвигаются отверстия для корней, и вода притекает в них через газоны тонкими, но уверенными ручьями.
Вручную Арен только устраивает кусты в грядку. И он доверяет мне перенести несколько цветков.
Посомневавшись лишь мгновение, беру ближайший к себе куст, освобождаю корни из ящика.
Арен бережно придерживает куст со своей стороны, то и дело поглядывает на меня и ободряюще улыбается:
— Вот так, да, чуть нежнее... осторожнее, не помни ветку... Вот так, да... почти... у тебя хорошо получается.
Я благополучно устраиваю цветок в увлажненной ямке.
