Хотя скелеты драконов и демонов,
упрямо грызущие разделившихся врагов, отливают розовым. Мерцают баллоны пяти дирижаблей.
Алое сияние, просвечивает трон Магарет и саму богиню смерти, и кажется, что она искупалась в крови. Напротив нее, на небольшом участке темного неба, на фоне затухающей луны парит Нергал. Преображенные вампиры собрались вместе и, коленопреклоненные, подняли к нему измененные его магией лица. Подходить к ним боятся, даже меня Арен попросил их не трогать, хотя нужно узнать, что с Никой и Санаду: в этой источающей магию, трансформированной в жуткую форму толпе их узнать невозможно.
И хотя многие безвозвратно сгинули внутри Безымянного ужаса, я утешаю себя тем, что среди уложенных в отдалении тел Ники и Санаду нет."
"Мягкая мелодия флейты Нергала спорит с трелями и перекатами эеранских бардов, подбадривающих наши измотанные долгим боем войска и целителей, разливающих над нуждающимися массовые лечебные печати, среди попавших в их сияние — Иссена, играющий рядом с ней Геринх, Ингар.
Особо тяжелых лечат отдельно, направляя на них по несколько групповых печатей. Там сражаются за жизнь Бальтара и Вильгетты.
Демоны собрались возле исследовательского контейнера, тоже лечатся, совещаются. Прощаются с убитыми.
Ни одной серой твари не осталось на поле боя, и выстроившиеся по широкому периметру маги земли, сканируя пространство под ними сложными групповыми заклятиями, уверяют, что под землей никто не ползает, никто не пытается пробиться сквозь растянутую там щитовиками сеть.
Инаи громадными пушистыми шарами лежат на земле, отдыхают после сражения.
Итак, мелочь мы уничтожили, но что делать с самим Безымянным ужасом? Подставившим нам свой непробиваемый щит. Больше не открывающим пасти так часто. Но почти неуловимо откачивающим магию из пропитанного ею воздуха.
Мы с Ареном сидим на креслах в ставке Эеранского командования, с его подачи — чуть в отдалении от тента, под которым отпиваются зельями правители и генералы.
Одиноко шелестит листьями потрепанное эльфийское дерево, вырастившее для четырех выживших наместников сидения. К счастью, среди спасшихся — приютивший вампиров Беарион и отец Валариона Сейран. Человеческих королей потряхивает, только к двоим вернулись живыми, хоть и слегка помятыми, личи.
Элоранарр, как и мы, предпочел отсесть от остальных, и от нас с Ареном тоже, зато в компании Риэль.
