– А уж признавать собственную непривлекательность того труднее.
Хотя Видар при этом не смотрит на Элоранарра, тот хмурится.
Дверь раскрывается, и шестеро слуг вносят подносы с едой. Серебряные колпаки окрашиваются в оранжевый, золочёные пуговицы на камзолах будто горят огнём. В мгновение ока перед нами выставляют тарелки, почти одновременно снимают с них колпаки, и столовая наполняется аппетитными пряными ароматами. Меня будто ударяет – организм вдруг вспоминает, что давно не кормлен, желудок сжимается до рези в животе, сознание слегка меркнет, а зрение сужается до моей тарелки.
Еда… мясцо с зажаристой корочкой, звёздочки овощей, пряная подливка. Меня пробивает до слёз. Я подношу к тарелке вилку с ножом… а они согнуты. Похоже, от переизбытка эмоций я сдавила их слишком сильно.
Тревожно оглядываюсь по сторонам. Невозмутимый слуга выкладывает с подноса запасную пару столовых приборов.
Внимательнее присматриваюсь к мужчине в возрасте. Он ожидал, что я их сломаю? Но как он догадался?
То ли Арен услышал мои мысли, то ли по выражению лица недоумение понял, но он разъясняет:
– Драконы намного сильнее обычных существ, но эта сила приходит к нам не сразу, а поэтапно, и после каждого скачка заново приходится учиться пользоваться хрупкими предметами… Солнышко моё, – Арен расплывается в улыбке и забирает смятую вилку, вкладывает вместо неё нормальную.
– Не переживай, здесь все обучены обращению с молодыми драконами, ты в надёжных руках, а запасы посуды так велики, что о них не стоит даже задумываться.
Это карт-бланш на любые разрушения или просто попытка меня успокоить?
Арен столь же осторожно заменяет погнутый нож на ровный.
– Приятного аппетита. И режь осторожнее, а то можно тарелку расколоть. Тарелок у нас тоже хватает, но на замену блюда потребуется время, а ты наверняка голодна.
Втягиваю живот, чтобы растравленный ароматами желудок не выдал меня урчанием.
– Спасибо, – нацеливаюсь ножом и вилкой на кусочек мяса.
Погнутые нож с вилкой Арен отдаёт слуге и жестом отправляет их всех из столовой.
Стараюсь действовать приборами, как хрупкими пёрышками, и получается вполне хорошо, хотя кажется, что при таком мизерном давлении нож не должен резать мясо, но он рассекает его до самой тарелки.
Я так сосредотачиваюсь на процессе, что немного теряю связь с реальностью и только ближе к концу куска мяса замечаю, что все, кроме Ланабет, за мной наблюдают. Не смотрят открыто, но то и дело косятся на приборы в моих руках.
