Последний Паладин. Том 2 (СИ)

— ЧЕГО?! — тут же взревел Малой, — давайте развернемся, босс! Я лично его богадельню сожгу!!!

— Не стоит, — усмехнулся я, — ее ведь уже сожгли. И что же было дальше?

— На моей родине есть закон. Не хотеть платить мой господин, значит не хотеть жить, — ничуть не смущаясь ответил Егор.

— В Лисоедовке-то такие законы? — весело уточнил я.

— Немного восточнее, — улыбнувшись, ответил повар, — я прошу прощения, господин-а Маркус, а моих дочерей теперь выпустят?

От услышанного Малой гулко кашлянул за рулем и едва удержал управление.

— Проблемы с оплатой? — тут же раздался деловитый женский голос.

— Нет, с этим разобрались. Хотя, по приезде нужно будет пересчитать, — покосился я на звенящий монетами мешок, — Я звоню немного по другому вопросу. Напомни-ка, подруга… как ты убедила нашего повара подписать контракт?

— Своим женским обаянием, конечно же, — мгновенно нашла ответ Лекса, — а что… он отказался сотрудничать?

— Вовсе нет, — задумчиво потер я подбородок, — скорее даже наоборот.

— А зачем мне их убивать? — удивленно переспросила Лекса, — все с ними хорошо. Пересекли восточную границу полтора часа назад. На той стороне их уже встретили, пересылаю фото.

Мгновением спустя на коммуникатор пришло изображение двух веселых молодых девушек в юкатах, в антуражном восточном транспортнике.

— Благодарю, — вежливо поклонился Егор, — моя дочери быть задержаны на границе год назад и благодаря вам господин-а, их выпустить домой. В благодарность моя верно служить вам до истечения контракт.

Ответить я ничего не успел. Резко бросив руль, Малой наотмашь махнул своим кулаком. Я успел скрестить руки перед собой, но в удар было вложено так много стихийной энергии, что меня мгновенно выбросило из фургона вместе с дверцей.

Еще в полете, я отловил взглядом две тонкие энергетические нити ментальной техники и прошептал:

Лезвия Тьмы оборвали технику и, приземлившись на ноги, я отследил энергетический след и заметил кукловода, который засел на крыше пятого этажа.

Наши взгляды со светлым встретились и в голове тут же раздалась череда навязчивых мыслей.

«Умри»… «Убей себя»… «Подчинись»…

— Ага, разбежался, — облизнулся я и повернул голову в сторону вышедшего из фургона Егора.