Последний Паладин. Том 2 (СИ)

Тушки новорожденных Сталь-Пауков даже брони толком не имели, но донести их к выходу самостоятельно было уже делом принципа.

Налегке двигалась только Лиса, которая сгребла кучки со своим лутом в теневой карман и шла перед нами вприпрыжку со сложенными за спину ручками.

Родной мир встретил нас ночным безоблачным небом и витающим в воздухе ароматом мяса. Безошибочно определив его источник, я направился прямо туда.

— Здравия желаю, капитан! — выкрикнул я стоящему у согнутого шлагбаума Таранову.

— Выбрался, таки, чертяка, — хмыкнул капитан и с улыбкой похлопал меня по плечу, — как насчет свежей кабанятинки?

— Не откажусь, — улыбнулся я в ответ и, бросив авоськи с лутом перед разбитым лагерем, направился к костру.

Альберт последовал моему примеру и, перекинувшись парой фраз с капитаном, тоже присоединился ко мне.

Хмурый водила броневика в белом поварском фартуке кормил нас шашлыком, чистый горный воздух наполнял измотанные легкие, а Альберт увлеченно рассказывал о наших подвигах, сидя у костра.

— А потом там появился попугай и… — начал было здоровяк, но осекся под моим взглядом и тут же перевел тему.

— Какой еще попугай? — тихо ткнула меня в бок вынырнувшая из теней Лиса.

Появление девушки если и смутило стоящего поодаль Таранова, то говорить он ничего не стал. Формально сейчас ночь и безымянным можно находиться где угодно, а неудобные вопросы про то, как она тут появилась, капитан предпочел не задавать.

— Твой ведь попугай? — не унималась Лиса, — он такой же лапочка, как и Кот? А он умеет говорить? А перья у него мягкие?

— Если так хочешь знать, спроси у Альберта.

— Это нечестно! Я твоя ученица, а не он! И вообще, если бы ты взял меня в пещеру, этого бы не случилось! — укорили меня.

— Если бы я взял тебя в пещеру, ты бы умерла, — пожал плечами я.

— Мы этого не знаем!

— Это факт, — заявил я и перевел твердый взгляд на девушку, — одного упрямства и силы воли недостаточно, чтобы стать сильнее.

— А что тогда нужно?

— Для начала, терпение, — потрепал я девушку по волосам и направился в сторону броневика.

Лиса так и осталась сидеть у костра, а Альберт уже перешел на рассказы историй из личного опыта. Трое имперских вояк слушали россказни настоящего боевого Ратника, разинув рты, и как губки впитывали каждое слово.

Общаясь с Альбертом, я уже и забыл, насколько высоким статусом относительно обычных местных людей он обладает.