Последний Паладин. Том 4 (СИ)

— Я тоже рад тебя видеть… — тяжело улыбнулся я, осознав себя лежащим на земле.

Голова кружилась, по спине бежал пот, а левую руку сковала легкая судорога, но мне удалось вернуть концентрацию. Я уже и забыл, насколько хрупким является человеческое тело в сравнении с миром матери всех Стихий.

Бесчисленное количество раз я приходил в этот мир.

Приходил будучи ребенком… подростком… юношей… Паладином… и каждый раз был как в первый.

Для мира могущественной Стихии человек — это просто человек. Песчинка в океане бесконечной энергии.

Едва я поднялся на ноги, как на плечах вдруг появилась дикая тяжесть.

— Кх… — от неожиданности вздрогнул я и прошептал, — «Облегчи!».

Тяжесть пропала, но резкий порыв ветра ударил в спину, подбросив меня в воздух.

— «Опусти!» — приказал я и тело медленно приземлилось.

Однако земля под ногами резко нагрелась, прожигая ступни до самых костей…

— «Охлади!» — терпеливо выкрикнул я, но испытания продолжились.

Не сумев растворить мое сознание внутри Стихии естественным путем, Тьма попыталась подавить разум силой.

Лишь одна искра сомнения и небытие поглотит меня, как и любое существо, которому не повезло оказаться в мире, где есть все и нет ничего.

Приказы сыпались один за одним, но на этот раз вредная Стихия превзошла сама себя. Проверок становилось больше и каждая из них была изощреннее прошлой. Обычно Тьме было достаточно трех приказов-доказательств, но теперь она не остановилась ни после десятка, ни после сотни.

И это начинало… утомлять.

— ДОВОЛЬНО! «СГИНЬ»! — властно выкрикнул я, что есть мощи и мой голос оглушающим раскатом разлетелся в пространстве, которое пошло рябью.

Попытки меня убить прекратились.

— Ну наконец-то, — хмыкнул я и, вытирая пот со лба, лег чуть передохнуть на твердой земле.

«ТЫ СЛАБ!» — донеслось в голове.

— Я над этим работаю, — ответил я в пустоту.

«ТЫ НЕ ДОСТОИН МНОЙ ВЛАДЕТЬ!»

— Кажется, я только что доказал обратное, — не согласился я, и приподнявшись на локтях, попытался рассмотреть во Тьме источник голоса.

Этот горделивый ублюдок всегда умел хорошо прятаться. Этого не отнять.

«ТЫ НЕ СПОСОБЕН МЕНЯ ПРИЗВАТЬ!»

— Временные трудности, — пожал я плечами, — Да и с каких пор великого Скальда волнует происходящее в мире людей?

«С ТЕХ ПОР, КАК ТЫ ПРЕДАЛ МАТЕРЬ СТИХИЙ!»

— Это когда я успел? — удивился я.

— Не полностью же, один процент остался, — хмыкнул я, — к тому же временно.