Последний попаданец 8 (СИ)

Единственным ярким элементом были оранжевые глаза, которые притягивали и манили, как огненный закат… Так, стоп! Чего это меня внезапно и неуместно потянуло в романтическую поэзию??

— Твоя кровь сейчас смешается с кровью всех этих прославленных воинов и этого мужественного человека, — Виза указала на Дорлафа, который, как нянька, следил за своими бывшими подчинёнными и, как только кто-то из них приходил в себя, подбегал и поил их. — А потом эта гремучая смесь вольётся в многоликого, и он пробьёт вам путь назад.

Ничего себе её понесло… А эта речь! Не знал бы, что это моя быдловатая подруга, никогда бы не поверил.

Тем временем глаза ещё больше побледневшего юного барона заняли пол-лица, и он не сводил их с Визы.

Ну всё — клиент созрел. Раб на веки. Хитрая оранжевоокая манипуляторша! Молодец!

— Ты кто? — выдавил не меньше подопечного офигевший Драмс.

— Я? — щеки Визы вдруг покраснели, она бросила на меня виноватый взгляд, а я скосил глаза на Клари, мол, вали на неё. — Я вот ей помогаю!

Клари усмехнулась, но промолчала. Виза же ещё больше засмущалась и, быстрым шагом подойдя к Дорлафу, склонилась к только что пришедшему в себя бойцу.

Тем временем Юлиан пошатнулся, и мы с Драмсом усадили его на скалу.

— Ещё немного, господин, — изменившимся голосом пробормотал телохранитель, а потом перевёл обеспокоенный взгляд на Клари: — Может, хватит?

— Ещё немного, — повторила за ним девочка.

Она выдернула нож, а Драмс подхватил бессознательное тело Юлиана и после моего лечения отнёс его в сторону. Уложил, вернулся и протянул Клари руку. Он был последним.

И это, разумеется, знали все.

Дорлаф о чем-то пошептался с полулежащим Хитиком, потом они обнялись, и ветеран твёрдым шагом направился к нам.

— Не торопись, — побледневшими губами усмехнулся Драмс.

— Вижу, — оценил шутку доброволец, а через двадцать секунд, когда последний донор крови потерял сознание, помог мне положить его к юному барону.

— Ещё раз спасибо, — тихо произнёс я.

— О чем ты, многоликий? — оскалился Дорлаф. — Почему, ты думаешь, ребята чуть не передрались за эту возможность? Умереть ради того, чтобы выжило столько воинов — мечта любого!

Хорошо иметь настолько твёрдые убеждения.