Последний реанорец. Том IX

‒ Знаешь, Лазарев, я много думал, но так и не смог понять, ко за тобой всё-таки стоит и откуда у тебя столько храбрости? Раскинутый купол ведь их рук дело? Кто посмел копать под мой клан?

‒ Кто за мной стоит и откуда у меня столько храбрости? Раскинутый купол и кто под тебя копает? ‒ с лёгким изумлением перепросил вдруг юноша, шаг его невольно застопорился, а брови тотчас взлетели вверх. ‒ Эйгоу, ты сейчас серьёзно?

‒ Я серьёзен. Кто они? У меня есть некоторые догад…

Вот только все слова экспата были прерваны громким и раскатистым хохотом Палача Империи.

Седовласый смеялся долго и согнувшись в три погибели. Причем делал это в полнейшей тишине, лишь только взгляд главы клана становился всё более холодным и непроницаемым.

‒ Ты вообще кем себя возомнил? Императором или напрочь бессмертным? ‒ сквозь смех поинтересовался имперский князь, но уже в следующий миг его лицо приняло брезгливый вид. ‒ Эйгоу, ты лишь мерзкий отброс, который прорвался до ранга повелителя три-четыре года назад, но считающий себя всесильным.

В моих глазах ты жалкий червь. В глазах императора ты лишь недоразумение и помеха. Ты должен сказать спасибо мне и своей дочери, что я не рассказал сразу Потёмкину, либо государю о твоих делишках. Да, ‒ отчеканил презрительно Лазарев. ‒ Я знал о хунхузах давным-давно. Но вам всем повезло, что я счёл ваш сраный тёмный клан достаточно полезным для своих планов. А если тебе до сих пор кажется, что за мной кто-то стоит, тогда открой свои собачьи глаза пошире и взгляни на то, что никогда более не увидишь…

‒ Ах ты, ублюдочный щенок!

Аура повелителя ветра после столь оскорбительных слов юноши вздыбилась до самых небес, вот только рокот, рёв и неудержимый треск молнии начали сметать всё на своём пути.

За долю вдоха исчезнувшая на время яростная молния пришла в полнейшее неистовство, показывая всем своим видом, что даже её обидели слова экспата. Разрушительная тёмно-алая все уничтожающая сеть нависла над твердыней подобно дамоклову мечу, а затем просто атаковала.

Она сметала всё, невзирая на всяческие трепыхания повелителя ветра. Слишком много в ней сейчас было силы. Слишком много человеческой магии и крови реанорская техника успела поглотить с начала вторжения на враждебные территории.

Первый воитель за вторым. Один одарённый за следующим. Секунда за секундой. Миг за мигом. Вдох за вдохом. Крики боли и страданий. Сейчас смерть напоминала собой неразрывную связующую цепь.