Последний реанорец. Том V

Несколько же мигов спустя барьер за парнем захлопнулся и тот в своей излюбленное ленивой и расслабленной манере под взглядами присутствующих девушек и Голицына спокойно умостился на стальные перила, а затем просто-напросто прикрыл глаза.

— Великолепная победа, ваше преблагородие, — тихо отозвался княжич Голицын, под приглушенные крики толпы, которые просачивались даже сквозь множественные пологи тишины. — Думаю, будь его высочество здесь он бы оценил ваши старания.

На безмятежном лице у молодого человека впервые промелькнула слабая, но довольная улыбка, а следом тот просто кивнул и медленно открыл глаза, словно за эти мгновения тишины в душе у Лазарева что-то произошло.

— Надеюсь… — и оторвав взгляд от арены, тот перевел его на великую княжну. — Ваше желание исполнено, ваше высочество.

— В очередной раз убеждаюсь, что на вас можно положиться, — тихо проговорила Виктория. — Примите мою глубочайшую благодарность. Я этого никогда не забуду.

— Ты бы хоть порадовался, а то прямо-таки как ледышка, — негромко, но с явным довольством обронила Прасковья, переглядываясь с Алиной.

— Нечему здесь радоваться, — пожал плечами Захар с насмешливой улыбкой. — Астор не более чем отброс в моих глазах.

— Если архимаг третьей степени в твоих глазах отброс, то что уж говорить о нас магистрах, — с лёгкой обидой заметила Потёмкина.

— В моих глазах вы весьма импозантные боярышни с большим будущим. Возможно, три года спустя кто-то из вас будет сражаться на это арене, — мгновенно отозвался парень с тёплой улыбкой на губах, введя в лёгкое замешательство всех девушек.

 — Правда, говорил я сейчас не о его силе, а о самом Кирке. Малефицизм скользкая тропа и многое зависит от самого одарённого. Люди со светлыми и относительно добрыми намерениями и посылами не смогут стать малефиками. Призвать демона отнюдь не рядовое дело. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я говорю.

— Хочешь сказать он зло во плоти? — приподняла брови заметно смутившаяся Прасковья.

— Для многих прямо сейчас я тоже зло во плоти, — хохотнул весело Лазарев.

 — Но между мной и уже покойным Астором есть небольшая разница. Если я не ошибаюсь, проклинателей готовят с детства и убив его, я загубил немало трудов толпы амеров, лишив их потенциально могущественного столпа в отдалённом будущем, но разговор сейчас не об этом. Когда убивает малефик, то кроме упоения своей силой и получения удовольствия от причинения боли и убийства он не чувствует более ничего. Это и есть та самая питательная среда для их будущего развития.