Последний реанорец. Том V

— Как понимаю, это еще не всё? Не так ли? ‒ осведомился я, с широкой улыбкой на лице, предвкушая будущие развлечения.

— Ты прав, ‒ снова кивнул Ростислав. ‒ На границе с Персией и Афганистаном уже идут бои. Как и в некоторых смежных… стигмах.

Вот как, значит. Сразу три противника. Но, чувствую, я уже знаю откуда растут ноги. Правящей династии придется ждать подвоха от своих западных коллег. Это… будоражит мой реанорский разум. Теперь понятно куда в такой спешке умчались Трубецкой и Потёмкин и почему Романовы мрачнее тучи.

— Что?! ‒ вырвалось вдруг у Алины и та панически взглянула на меня. ‒ Это то, о чем я сейчас думаю?

— Всё так, ‒ твёрдо кивнул цесаревич, вот только глядел тот на свою сестру. ‒ Нам объявили войну.

Война. Какое всё-таки занимательное слово. Море смертей и реки крови. Мне ли об этом не знать. Ведь, как известно, война никогда не меняется. Что Мерраввин, что Земля — война всюду идентична. Особенно если в неё вступит реанорец и Жнец Бездны в одном лице.

Путь в резиденцию занял порядка получаса.

Впервые на моей памяти вся поездка проходила в полной тишине. Мне было лень ворочать языком и хотелось вздремнуть. Анжелика спала на моих руках как нив чем не бывало. Остальные же думали лишь о своём. Хотя так или иначе не нужно быть провидцем, чтобы стало понято, что мысли многих были сосредоточены лишь на последних известных событиях.

А по прибытию на место начались хаотичные сборы. Точнее хаотичные они были лишь среди женского коллектива. Ни одна из девушек даже не помышляла подпускать к своим вещам местных служанок.

Свои же пожитки я также собирал самолично. И по исходу часа вся наша честная компания за исключением Прасковьи, Алины, Марины и Виктории уже была у выхода.

Прасковья, Алина и Марина вовсю отдавали команды и под их чутким руководством слуги бережно грузили их вещи по машинам, а вот Виктория, как ни странно, задерживалась. Великая княжна после приезда в резиденцию так и не вышла из своих покоев. К тому же она, как и остальные девушки отказалась от помощи служанок и, судя по лицу Ростислава всё происходящее начинало его нервировать.

— Боже, да где ж её черти носят? ‒ тихо ругнулся цесаревич, нетерпеливо постукивая тростью по напольному паркету и обернувшись в сторону поданной машины воззрился на женскую часть нашей группы. Вот только те были настолько увлечены своим делом, что не обращали на Романова никакого внимания.

— Расслабьтесь, ваше высочество, ‒ спокойно отозвался я, внутренне вздыхая.