Последний реанорец. Том XI

Наряду с этим в мою сторону уже летели пространственные разрезы Хаарсы и сгустки пламени Ур'атапа, а силуэты двух других странников, вместе со своим оружием и секирой уже были в смертельной близости от меня. Причем Фараф по своей натуре уже использовал многие вспышки на ходу, в попытках меня ослепить, а тело Гумонда оказалась под защитной каменной броней. К тому же его секира первой материализовалась у моего горла. Тот метил в шею, пока его напарник пытался лишить меня ног.

Из-под вектора атак странников пришлось уходить на всей доступной скорости используя телепортацию, однако часть из враждебной магии пришлась на покров.

За долю мгновения молниеносная сеть распространилась и не дала призванным тварям помешать мне двигаться, а стихийные иглы тотчас убавили их поголовье, но на смену павшим чудовищам, начали появляться новые.

Крики и вопли умирающих тварей походил на полноценный ультразвук и больно били по реанорскому чутью, ведь с момента старта боя приходилось полагаться лишь на свои обострённые чувства.

Вот только с каждым мгновением сила магии противников всё нарастала, а темп сражения был взвинчен к своему максимуму. Прямо сейчас я оказался в самом настоящем оцеплении с пяти различных сторон. Пока троица из хранителей атаковала издали всем доступным дальнобойным арсеналом, то призванные твари нападали скопом, а Фараф и Гумонд мастерски атаковали скрытно, укрываясь за массивными телами погибающих тварей, ведь от дыхания, от пикирующих с неба снопов ревущей молнии и разрушительно вала невозможно было укрыться нигде.

Тем не менее странники выбрали самый действенный способ со мной разобраться. Вымотать и с особым унижением показательно прикончить у всех на глазах. Вот только жаль, что они меня плохо слушали. Умирать я буду так, как задумал лично сам.

Порхающие повсеместно джады уничтожали подступающих членистоногих скопом, кровь обильными потоками всё сильнее разливалась на арене, а количества трупов черных мерзких туш всё продолжало возрастать, да и передвигаться становилось труднее.

— Что такое, реанорец? — вдруг надменно расхохотался Фараф, стремительно перемещаясь по полю боя, тем самым отвлекая на себя внимания, пока другие хранители с помощью дальнобойной магии старалась вскрыть мою защиту. — Где твои шутки сейчас? Посмей меня оскорбить еще раз, и я снесу твою сумасшедшую голову.