Последний реанорец. Том XI

Дерите меня за уши и глаза все феи Зеленвальда! И он туда же…

Высказывание Ростислава я пропустил мимо ушей и с немым вопросом взглянул на его отца, ведь тот с начала нашей встречи хоть и выглядел довольным, но не сводил с меня своего внимательного и изучающего взора.

— Ты в курсе всего случившегося в мире за последние месяцы? — перешел к сути дела император.

— Если только в общих чертах, ваше величество, — соврал я, не моргнув и глазом.

Потому как через своих изгоев-хунхузов Руслана слала более чем развёрнутые отчеты.

Но лучше прикинутся незнающим. Боюсь, каверзных вопросов сейчас вывалится более чем достаточно.

— Если говорить кратко, — вновь заговорил государь, неторопливо прохаживаясь по гостиной, — то после смерти Эдгара, уничтожения Букингемского дворца и полного разрушения врат, всё переменилось. И честно сказать, — фыркнул холодно он, — в лучшую сторону. Для нас. Да и твоих доказательств оказалось достаточно. Британская империя сейчас под политической осадой сразу нескольких государств и медленно…

— Очень медленно… — тихо добавил канцлер, перебив государя важным замечанием.

— Да. Очень медленно выплачивает контрибуцию, — заключил Романов. — Гуань-ди и Сулейман с Ланкастеров теперь не слезут, пока не добьются своего. Фридрих и Рудольф ни рыба, ни мясо. Квёлые какие-то. Карлайл скорее всего взял их за горло. Хотя мы и сами внакладе не остались и своего добились, но в случае чего, где нужно надавим. Но дела бритов меня мало интересуют. Они получили по заслугам. Сейчас мне любопытно совсем иное.

Твоей персоне, Захар, уделена просто уйма внимания. Не сказать, что я удивлён, но спросить попросту обязан, — на миг остановившись, государь тяжело вздохнул и переглянувшись со всеми Романовыми разом, за исключением своего сына, серьезно посмотрел вновь на меня. — Князь Лазарев, ответь честно, ты всё еще верен империи и правящей династии? Готов служить ей верой и правдой и приложить все свои силы для её защиты? Ты всё еще можешь контролировать себя и свою силу?

Что ж, кто бы сомневался…

— Отец! — вспыхнул яростно Ростислав, словно прокаженный, наряду с этим вскакивая на ноги.

 — Мы ведь уже это обсужда…

— Племянник, сядь на место, — почти что ледяным тоном изрёк Мирослав, отчего парень оторопел и хмуро взглянул на дядьку. Вынужден признать, что на моей памяти такой тон от начальника форпоста я слышу впервые. — Все присутствующие понимают, сколь много сделал Захар для империи, но ныне к нему приковано слишком много внимания.