Последний Герой. Том 3

В психиатрическом смысле он… как бы это сказать… полностью исчерпал себя. Сгорел, если хотите. Но я не об этом. Меня волнует другое…

— Что ещё? — насторожился Валет, сразу напрягшись и ощутив внутреннюю тревогу.

— Меня волнует, кто и зачем продолжает выводить из равновесия уже вас, Герман Сильвестрович. Я же это вижу, — мягко и осторожно проговорил Ландер, внимательно глядя на Валета поверх очков. — Это очень тонкая игра, партия против вас самого. Вы не чувствуете этого?

Валет нахмурился ещё сильнее, вдруг ощутив лёгкий холодок, пробежавший по спине.

Слова доктора были странными, загадочными, но что-то тревожное было в них. Что-то, отчего он вдруг почувствовал себя неуверенно.

— Что вы имеете в виду? — спросил он, стараясь выглядеть спокойным, но голос всё же слегка дрогнул.

Ландер снова пристально посмотрел ему в глаза, чуть улыбнувшись, словно увидел там ответ на свой вопрос:

— Я имею в виду, что ваш главный враг, Герман Сильвестрович, не снаружи. Он — внутри вас. И если вы не найдёте его в себе, то рано или поздно он найдет вас сам.

Партия уже идёт, и счёт в ней явно не в вашу пользу.

Он снова замолчал, откинулся на спинку кресла и сложил длинные пальцы рук вместе, продолжая внимательно смотреть на Валета, будто ждал реакции на эти свои странные и загадочные слова.

Но Вальков теперь сжал зубы и едва удержался от того, чтоб не хлопнуть по столу и не закончить встречу в этот самый момент. Впрочем, это с ним бывало нередко.

— Хватит загадок, господин Ландер, — раздражённо произнёс Валет, глядя на психиатра тяжёлым и слегка утомлённым взглядом.

— Я вам плачу не за то, чтобы вы копались в моих мозгах. Хотя и за это тоже. Много лет вы меня консультируете, за это вам спасибо. Но вы же понимаете, что сейчас речь о другом — что там с Савченко? Говорите прямо: он будет нормальным? Сможем мы его вернуть обратно к нормальной жизни?

Валет пару секунд словно бы искал слова, двигая тяжёлым подбородком, а потом произнёс весомо:

— Он мне нужен.

— Ну, смотря что вы подразумеваете под выражением «нормальная жизнь», — хитро прищурился Ландер, глядя на своего собеседника с лёгкой, едва заметной улыбкой. — Сейчас он у вас сидит в подвале на цепи, как бешеный пёс. Вопрос лишь в том, как вы планируете с ним коммуницировать дальше. Социализировать его — или использовать как-то в ваших делах… я ведь этого не знаю."

"— Это не ваше дело, для каких дел я буду его использовать, — резко перебил Валет, вскипая.