Последний Герой. Том 4

— А ну убрали сигареты, вашу мать! Это вам не пивнушка, а место происшествия! И бычки за собой собрали! Или сейчас по базе ДНК вас прогоним, и окажетесь подозреваемыми!

Сотрудники стали суетливо собирать окурки, не решаясь перечить Мордюкову. Собрали дочиста, будто отряд тимуровцев прошёлся. Корюшкин облегчённо вздохнул, натянул перчатки, взял фонарик и пошёл к деревьям, аккуратно шаря лучом по земле, стараясь не упустить ни одного окурка возле тела.

Глава 15

С Корюшкиным мы встретились ранним утром на стадионе.

Я вновь начал свои регулярные пробежки, и Иван оказался там же. Признаюсь, я был приятно удивлён, замечая, что он уже свободно наматывает свои три километра — без остановок и без тяжёлого дыхания паровоза, отрабатывающего тяжёлый подъём. Даже на последнем круге его ноги не заплетались и не сдавали, как раньше.

— Молодец, Иван! — похвалил я его, остановившись и хлопнув по плечу. — Пора тебе турник осваивать, всё-таки.

— Да я уже подтягиваюсь, — с некоторой гордостью ответил он, переводя дыхание.

— Сейчас, только дух переведу.

Отдышался он тоже быстро, и вскоре мы подошли к перекладине. Ваня взялся за турник, резво подтянулся — один раз, второй… Десять!

Такой результат для его комплекции был весьма неплохим, особенно если учесть, что он хоть и сбросил прилично веса, однако лишние килограммы всё ещё присутствовали. Видно, что поработал человек. Глаза Ивана светились гордостью и явно ждали очередной похвалы.

Но я решил не давать ему расслабляться:

— Теперь брусья! Давай-давай, не время прохлаждаться.

Ваня, тяжело вздохнув, полез на брусья и стал старательно отжиматься, прикладывая все усилия, чтобы меня не разочаровать. Потом снова турник. И так по четыре подхода. После этого мы перешли к растяжке. Но тут уж Иван застонал и проговорил, морщась от напряжения:

— Уф-ф, Макс, это самая тяжёлая тренировка в моей жизни. Я столько подходов раньше никогда не делал.

— Ну вот и привыкай, — строго проговорил я. — Нагрузку надо увеличивать, чтобы прогресс был.

Первый этап ведь ты уже прошёл, теперь этого мало.

Корюшкин помолчал и замялся, явно собираясь сказать что-то важное, но не зная, с чего начать. Я это сразу почувствовал.

— Ну давай уже, говори, — подтолкнул я его. — Вижу же, что сказать хочешь.

— Макс, — начал он осторожно, — хотел тебя позвать в ресторан…

— Чего? — перебил я его, смеясь. — Ты чего, я тебе баба, что ли, с тобой по ресторанам ходить?

— Нет, нет, ты не понял! — замахал руками эксперт, краснея.