Последний Герой. Том 4

— Ну знаете ли, молодой человек, — профессор слегка надменно поправил очки, — на тот момент он считался уважаемым гражданином, кандидатом в мэры, меценатом. То, что он бандит, вскрылось лишь потом. И я об этом не знал. И не должен был знать. И потом…

— Вот как? И на ваших этих сеансах он ничего такого криминального не рассказывал? — продолжал я, стараясь уловить малейшее колебание на его лице.

— Абсолютно ничего такого. Обычные человеческие жалобы — бессонница, тревожность, депрессивные состояния. Ничего, что отсылало бы к криминалу, убийствам.

Ну-ну, — хмыкнул я про себя. Я не слишком поверил ему, но кивнул, не подавая виду:

— Понятно. Помогали вы людям, в том числе и Валькову…. Если смотреть на это в общем, то, конечно, похвально. Тогда, может, и мне поможете советом?

— Советом? — профессор слегка прищурился. — На сеанс у меня сейчас, знаете ли, времени нет, скоро придет следующий пациент, но короткий совет я готов дать. Спрашивайте, конечно.

— Видите ли, мне иногда кажется, что во мне живёт другая личность.

Будто из прошлого, — я внимательно смотрел ему в глаза, улавливая малейшую реакцию. — Такое вообще возможно?

— Конечно, — кивнул он уверенно. — Но в таком случае это уже вопрос к психиатру, а не ко мне. Подобные симптомы называются диссоциативным расстройством идентичности, или, проще говоря, шизофренией. Тут я вам точно не помогу.

— А вы, значит, психотерапевт?

— Да, психолог и психотерапевт, не психиатр.

— Ну да-да, конечно, — я развёл руками. — Что ж… Пойду тогда психиатра искать.

— У вас определённо есть чувство юмора, молодой человек, — профессор слегка улыбнулся.

— До свидания, — изобразил я улыбку.

Почему-то этот профессор мне не нравился… Хитрый тип. Хотя, может, и показалось?

— Да, да, до свидания. Приятно было пообщаться с человеком, который «раскрутил» самого Валькова, — кивнул Ландер.

Я же направлялся к двери. И уже взявшись за ручку, вдруг снова обернулся:

— Кстати, Карл Рудольфович, на днях из спецпсихбольницы сбежал опаснейший пациент.

Вы, наверное, слышали. Как вы думаете, он может вернуться в родной город, в Новознаменск? Что движет такими людьми — инстинкт самосохранения или старые триггеры, старые связи?

— О… Тут сложно сказать однозначно, — медленно ответил профессор, чуть насторожившись. — Всё зависит от его текущего состояния, а я его клиническую картину не наблюдал. Такие люди непредсказуемы. Это вам лучше там, в самой больнице, и узнавать.

— Да, конечно, узнаем, — согласился я.