Последний Герой. Том 6

— Мы чо, бля? Петрушки в телевизоре! Мы им как клоуны на арене, собачки дрессированные! — он задыхался от злости. — А пошли вы на хер!

Он схватил камень и, размахнувшись, запустил в дрон.

— Бей его, пацаны! — взревел он.

Крик подхватили, кто-то ухватил палку, кто-то швырнул ещё камень. Аппарат дёрнулся в сторону, метнулся, пытаясь уйти, но один из камней угодил точно — перебил винт. Квадрокоптер закружился волчком, заскрипел лопастями и рухнул в мох, коротко хрустнув пластиком.

Сергеич рванул вперёд, подскочил и с ноги влепил по корпусу.

Дрон затрещал, камера треснула, объектив лопнул. А зэк всё ещё неистово топтал устройство.

— Вот так вам! Всё! — выдохнул он, переводя дыхание.

Он с хрустом вбивал устройство в землю сапогом, пока не осталась кучка обломков.

— Ты ох*ел? — Кирпич рявкнул, подскочил к зэку.

— Отвали… — выдохнул тот.

— За базаром следи! — и Кирпич кулаком врезал в лицо сотоварищу, чтобы прочувствовал.

Сергеич пошатнулся, но устоял, кровь тонкой струйкой побежала из губы.

Он упрямо уставился в глаза Кирпичу.

— Теперь всё будет по-моему, — Кирпич обвёл толпу злым взглядом. — Дроны не трогать. Пусть смотрят. Они должны убедиться, что мы этих малахольных в землю закопаем. Это наше доказательство, поняли? А вы что тут, сука, устроили⁈

Сергеич крякнул, выплюнул кровавую слюну в мох.

— Слышь, Кирпич, — глухо сказал он. — Ты как хочешь, а я съё**ваю. Можешь меня п*здить, можешь гнать на меня, только мне это нахер не улыбается.

Я тебе говорю… с малахольными мне всё ясно. Они вас кончат одного за другим. Потом вспомните мои слова. Кто захочет — пойдёт со мной.

Кирпич выхватил нож, клинок хищно сверкнул в рассветных отблесках. Подскочил к Сергеичу, схватил за грудки, прижал острие к горлу. Глаза его сверкнули злобой.

— Ну чё медлишь? — ухмыльнулся Сергеич, даже не дёрнувшись. — Режь, если кишка не тонка. Убить меня хочешь? Забыл уже, как я тебя на зоне прикрывал? Как на себя статью взял, как терки решал, чтоб твой авторитет не шатался?

Тишина.

Кирпич замер, глаза его блуждали, губы сжаты.

— Помню… — пробурчал он глухо. — Всё помню.

— Вот, — Сергеич кивнул. — Потому и говорю: отпусти. По старой дружбе. А?

Кирпич сдавленно выдохнул, отпихнул его от себя.

— Вали, — рявкнул он.

Зэк выпрямился, вытер губу рукавом и ухмыльнулся криво.

— Ну и ладно, валю, — бросил он, шагнув в сторону леса, но торопиться не стал и обернулся.