Последний Герой. Том 6

Посмотрела прямо в глаза, будто собиралась уличить:

— А ты, я смотрю, женщин любишь, — сказала она тихо, но твёрдо. — Красивых.

— Ну а куда ж без них? — хмыкнул я.

— Ну так хоть бы меня поцеловал, — выдала Ольга.

Взяла меня за руку, чуть подтянула к себе, и сама же пересела через узкий столик. Алкоголь явно развязал ей руки — и язык тоже. Мы поцеловались. Она довольно заулыбалась, вернулась на место, снова что-то оживлённо рассказывала — уже про то, как зимой мерзла в вагончике.

А я в это время поймал на себе взгляд блондинки.

Та теперь явно нарочно танцевала так, чтобы оказаться прямо напротив меня. Спина выгнута, руками водит по своему стану, глаза прищуренные — и всё это словно адресовано не залу, а мне одному. Может, мне кажется? Ха!

Вечер переставал быть томным. Ворон, уловив флюиды своей пассии, которые теперь летели не в его сторону, оторвался от компании и двинул ко мне.

Ростом природа его не обидела — сажень в плечах, руки как бревна. Я ещё подумал: как он на мотоцикл-то забирается, только если трёхколёсный у него? Хотя, может, и железо под стать — здоровые байки ведь бывают.

— Эй, я не понял, — пробасил он, вставая прямо передо мной. — Ты чё на мою тёлку зыришь?

Я видел, как напряглись бармен и официант чуть поодаль, скосив взгляды на наш столик. Волновались, очевидно, вовсе не за меня — за имущество. Разнесём сейчас всё к чертям — кто потом оплачивать будет? С анархистов взятки гладки, а с новенького… так им, как снарядом, и будут разносить несчастный бар.

Такая моя судьба читалась у них в глазах.

Понятное дело, что я думал о другом сценарии.

— А это твоя, что ли? — кивнул я на блондинку.

Та тоже смотрела прямо на нас. Глаза прищуренные, напряжение в лице, будто ждала, чем всё кончится.

— Ты ох*ел, сука? — оскалился Ворон, нависая. Тень от него легла прямо на мой стол.

Я был готов. Ворон медлил, будто примерялся, стоит ли врезать здесь и сейчас. Я не вполне понимал, что его сдерживает. Потом, через пару секунд, он всё же процедил сквозь зубы:

— Пойдём выйдем.

Не хочу братьям праздник портить.

— Тебе надо — ты и выходи, — сказал я громко, так, чтобы все слышали. — Мне и здесь хорошо.

Бар завибрировал. Народ повернул головы. Кто-то заржал, кто-то замер. Провокация пошла, как по маслу.

Оля рядом хлопала глазами, лицо побледнело. Не надо пугать девчонку.

— Иди в туалет, — тихо сказал я ей. — Сиди там и не выходи, пока я не позову.

— Нет! — отчаянно замотала головой. — Я останусь.