И теперь, когда тело теневика было рядом со мной, я без труда применил технику регенерации, и выжег оттуда напрочь весь поганый проклятый Свет, которым Демид пытался заместить душу Мрака.
— Шах, — улыбнулся я, глядя на начавшегося улыбаться в ответ Демида.
Несмотря на с ног на голову перевернувшийся расклад, сдаваться блондинчик в очках совсем не собирался. Об этом говорил его взгляд, а также десятки кругов телепортации, которые начали одновременно появляться по всему этажу.
* * *Невысокий старик в выцветшей голубой рясе сидел на полу в позе лотоса и медитировал.
Крыша здания содрогалась от раскатов грома, за окнами виднелись многочисленные вспышки молний, а створки всех четырех дверей болтались на ураганном ветру.
Энергия Великого Дома Като была неспокойна.
И даже Храм, главное святилище Дома, что располагалось на пике громовой скалы, не являлось сейчас безопасным местом.
Старейшина Дома Като провел в медитации последние пару часов, но все тщетно. Разгневанная Стихия не слушала его и не хотела с ним говорить.
Осознав это, старик открыл глаза и окинул хмурым взглядом сидевших вокруг него полукругом нескольких монахов.
— Ничего. Мы сами по себе. Какие будут предложения? — смерив взглядом всех по очереди, произнес Старейшина.
Однако ответом ему была лишь тишина.
Никто из присутствующих не осмеливался произнести ни слова, хотя здесь и сейчас была собрана вся правящая верхушка Великого и уважаемого Дома Грома и Молнии Като.
— Совсем ничего? — нахмурился еще сильнее Старейшина, а его остатки седых волос начали недобро потрескивать электричеством.
— Боюсь, наша рекомендация не изменилась, господин, — осторожно подметил один из присутствующих мужчин, что сидел ближе прочих к Старейшине.
— Ничего не делать это не решение. Я недостаточно хорошо вас учил, если, глядя на рассерженное небо, вы этого не понимаете, — холодно произнес Старейшина и повернул голову к мужчине в боевом облачении, что сидел у прохода, — а ты что скажешь, брат мой?
— Не знаю, брат, — после нескольких секунд задумчивости, неохотно признал младший родственник и Заместитель Главы Дома Като.
— Не знаешь? — медленно поднялся на ноги Старейшина, — ты? Сильнейший Воин нашего Дома, который еще вчера бил кулаком в грудь и говорил мне о том, что Имперцы должны поплатиться за нанесенное востоку оскорбление?
— То было вчера, а сегодня Империя во всеуслышание объявила о перемирии с Западным Королевством.
