— Я клянусь Системой никогда не причинять вред Илье, многоликому внешнику, и всем его последователям, друзьям, подругам и любовницам, кроме тех случаев, когда действия последних будут угрожать жизни Ильи, многоликого внешнику.
Свечение погасло, а я замер, раскрыв от удивления рот. Системная клятва, причем такая жесткая! Нет слов.
— А мне просьбу можно? — тихо прошептала Винесса, что-то разглядывая в глубине моих глаз.
— Смотря какую.
— Поцелуй… Безликого…
Вообще отмороженная!!! Прямо как я люблю!
— Он страшный.
— Я не из пугливых.
Ну, раз так… Я открыл меню и переключил облик.
Глаза Винессы расширились. Несколько секунд она внимательно разглядывала моё лицо, а потом её ладонь коснулась моей щеки.
— Ты — прекрасен, — прошептала она.
Кто устоит после таких слов? Тем более речь просто о поцелуе. Я взял девушку за подбородок и притянул её к себе…
***
В ворота Длунда нас пустили сразу, как только узнали Винессу. Начальник гарнизона крепости встретил нас за опустившейся за нашими спинами решёткой.
— Рад, что ты выжила! — жилистый воин лет пятидесяти с отеческой улыбкой смотрел на девушку. — Недавно пришли двое из тех, кто был с тобой в плену. Мы даже выслали группу навстречу тебе и остальным, но нашли только тела двух других. Не добежали.
— Шанс им дали.
— Это да. Жаль, мы не знаем кто.
— Почему не знаем? — произнесла Винесса и кивнула на меня. — Вот он! Илья.
— Он? — правая бровь воина взлетела. — Ребята сказали, что там вроде проныра был.
— Ребята с перепугу не разглядели, — усмехнулась Винесса.
— Просто у Ильи своя высокая скрытность, плюс артефакты, плюс зелье.
Неизвестный игрок! Задание: Спасти хотя бы одного пленного — выполнено.
Награда: повышение репутации империи Шринант.
Неизвестный игрок! Задание: Уничтожить лагерь эльфов-диверсантов — выполнено.
Награда: повышение репутации империи Шринант.
— Оба задания только что зачли, — сообщил я.
— Оба? — к правой брови начальника гарнизона присоединилась левая.
— Ещё надо было лагерь эльфов уничтожить.
Может, воин мне и поверил, но не до конца. В его руке появился системный шар, и я, не дожидаясь просьбы, положил на него руку.
Дальше наблюдать за ним было очень забавно. Хрен с ними с бровями. Они, похоже, навсегда приклеились к тому месту, где начинались коротко стриженные тёмные волосы. Меня веселило другое — написанное на лбу мужика непреодолимое желание постучать по шару, как это иногда делают со сломавшейся техникой в надежде, что она снова заработает.
