Последний попаданец

— Наставления будут? — шепнул я на ухо Визилию, когда мы топали по пыльной дороге.

— Отдыхай, веселись, много жри! Заслужил! — хлопнул он меня по плечу. — Я уже рассказал, что ты память потерял, так что можешь не стесняться и задавать любые тупые вопросы. Дурачков и юродивых любят.

А он прав! Амнезия — это удобно.

Мы взошли на крыльцо таверны, из которой раздавались крики и смех. Линч открыл дверь и пропустил сначала Визилия, а потом меня. Я вздохнул, отбросил все сомнения и пошёл веселиться.

— Вот они! — едва мы перешагнули порог, как раздался голос хозяина заведения, Вилша.

— Только вас ждём!

Приветствия раздались со всех сторон, и нам сразу указали на самый дальний от входа стол. Кстати, тот, что мы случайно сломали двое суток назад, уже заменили, и их снова стало три. И они буквально ломились от обилия разнообразных яств и напитков. Если бы сейчас со мной кто-то попытался заговорить, ответить из-за нахлынувшей слюны я бы не смог.

Похоже, присутствовала вся деревня, кроме тех неудачников, что стояли на страже, совсем дряхлых и тех, кто сидел с детьми.

Человек тридцать разного возраста, из которых больше всего меня заинтересовали пятеро: дочь хозяина Сини, сегодня присутствующая как гость, и четыре других молодых, на первый взгляд одиноких девушки.

Сам смутно знакомый после битвы с волками именинник сидел во главе центрально стола.

— Давайте выпьем!

Кто-то провозгласил универсальный для всех миров тост, и послышался дружный скрежет отодвигаемых стульев. Идею с радостью поддержали.

На выбор было два напитка: что-то прозрачное в маленьких рюмках и уже знакомое пиво в больших кружках. По ряду причин я выбрал второе и, чокнувшись с соседями, сделал несколько глотков.

Желудок почувствовал добычу и взбунтовался, напоминая мне, что та картофелина, которая ему недавно перепала, для него сейчас, как для слона дробина. Кто я такой, чтобы сопротивляться низменным инстинктам? К тому же это объективно нужно организму. Я плюхнулся на скрипнувший стул, схватил с блюда сразу половину покрытой румяной корочкой курицы и впился в неё зубами.

Следующие пяти минут я был глух и нем, поглощая всё, до чего дотягивалась рука. Причём иногда казалось, что еда уже подходит к горлу, но стоило мне вздохнуть и откинуться на спинку стула, как она буквально проваливалась, освобождая место.

— Попробуй это! — из-за плеча раздался нежный девичий голосок, и я увидел одну из подружек Сини. Тоже темноволосую, только с ещё большей грудью.