Правильный лекарь. Том 5

Если беседа с призраком затянется, хоть не стоя этим заниматься. Только толку-то от этой мысли. Если даже увеселительные заведения работают через одно, то мебельные магазины точно все отдыхают. Ладно, не престарелый инвалид, не развалюсь. А кофе по пути я себе всё-таки взял.

Открывая входную дверь и поймав при этом на себе изумлённый взгляд проходившей мимо старушки, я представлял себе предстоящую беседу с призраком своего соотечественника. Конечно нет гарантий, что он именно из моего мира, а не из какой-либо другой похожей параллельной реальности.

— Ну привет ещё раз, — сказал я, когда вышел на середину коридора первого этажа. — Может поговорим?

В ответ в комнате слева на пол упал кусок штукатурки с потолка. Не особо большой, чисто чтобы обозначиться.

— Ты сегодня не в настроении? — продолжил я, отхлёбывая кофе из стакана. — Небось скучно одному здесь столько лет, да? Как хозяина твоего в кутузку засунули, так и тоскуешь в одиночестве. А я готов с тобой поговорить.

Я медленно, ка по парку пошёл вдоль коридора, озираясь по сторонам.

Страха не было от слова совсем, но некоторое волнение присутствовало, не каждый день с призраками общаться приходится. Очень надеюсь, что это не душа какого-нибудь маньяка из моего мира. По крайней мере это точно не Чикатило, того казнили в девяносто четвёртом, но были ведь и другие, о которых я не знаю. Если вдруг это так, то дела и правда плохи.

— Скажи мне пожалуйста, а ты коммунист? — попробовал я рискнуть. Раз уж зашла речь о КПСС, то почему бы и не спросить.

Возможно мне послышалось, но в другом конце коридора кто-то закашлялся. Я развернулся и неторопливо пошёл в ту сторону, откуда это услышал. Это что получается, призраки могут кашлять? Может у них ещё бывает аллергия на аспирин и апельсины? Ну на кошек точно, если верить фильмам.

— Ты не переживай, я к коммунистам неплохо отношусь, всё-таки вырос, когда они ещё были на пике, а потом распад СССР и всё покатилось в тартарары.

Прямо позади меня на пол упал такой кусок штукатурки, что можно было и сотрясение заработать или как минимум здоровенную шишку.

— Ты чего буянишь? — спросил я в пустоту. — Извини, если что, я ничем не хотел тебя обидеть.

В ответ мне была всё та же гробовая тишина.

— Ты меня не бойся, — сказал я примирительным тоном. Это особый приём, попросить тебя не бояться того, кого боятся все. — Я ведь из того же мира, что и ты. Просто я попал сюда совсем недавно.