Вот же идиот, да ты ещё жив только потому, что она решила тебя не трогать!
— Стойте! — крикнул я ему и поднял руку вверх, чтобы обратить на себя внимание. — Она со мной! Это мой проводник!
— Вы что, боитесь заблудиться в деревне на сто домов, Склифосовский? — с иронией в голосе спросил меня тот самый начальник. Он встал на полпути между мной и тем, кто тащил Марию за руку.
— Отпустите девочку немедленно, она со мной! — твёрдо повторил я. — Я потом всё объясню, но она нужна мне здесь и сейчас, она Видящая.
— Отпусти её, сержант, — сказал их начальник и проводил взглядом девочку, которая сразу побежала ко мне, как к родному. — Под вашу ответственность, Александр Петрович. Негоже малого ребёнка эксплуатировать в час ночи, дети спать должны.
— А я не простой ребёнок, я Видящая! — выкрикнула Мария, правдоподобно изображая обиженную шестилетнюю девочку. На какое-то мгновение даже я поверил. — Я помогаю дяденьке больных искать!
— Ладно, помогай, — хмыкнул офицер.
— Только не кричи так и одна больше не ходи, ночь на дворе, вдруг собаки покусают или обидит кто.
— Нет здесь больше собак, господин офицер, — бросил я, мы с Марией развернулись и пошли дальше по улице.
Нас быстро нагнали Юдин и Сальников, потом присоединился Панкратов. Я объяснил им суть дела, поделился умозаключениями, и мы принялись обходить все дома по новому кругу. Теоретически, Марию можно было отправить домой к родителям.
Тем более, что помощь её теперь особо не нужна. Но, это если бы она была просто ребёнком, а так — хренушки. Ей тоже было интересно, что происходит и уходить она не собиралась.
Достаточно много пациентов снова находились в тяжёлом состоянии и были покрыты язвами с ног до головы. Им сразу без лишних разговоров ставили капельницы. Без применения магии тоже не обходилось, чтобы хоть немного улучшить их состояние мы делились с ними магической энергии.
Когда мы с Марией в очередном доме оставались одни, она снова использовала меня, как подзарядку. Я каждый раз хотел напроситься посмотреть, как именно она воздействует на пациента, но каждый раз себя одёргивал. Любопытство — это хорошо, это двигатель прогресса и развития, но немного не те обстоятельства, надо торопиться. А пока она подлечивала очередную жертву необычной чумы, я копил энергию, чтобы отдавать её снова и снова.
