— Александр Петрович? Что-то хотели сказать? — спросил он, обрызгивая костюм, перчатки и противогаз антисептиком и начиная стаскивать всё с себя.
— Вы хотели поговорить со мной, Роман Вячеславович, когда закончим работать, — напомнил я.
— Я? — мужчина задумался, потирая подбородок.
— Тогда я спрошу, — взял я на себя инициативу. — Вы будете брать посевы с поверхностей после проведённой дезинфекции?
— Ну я не собирался, думаете надо? — неуверенно спросил он, а у меня чуть волосы дыбом не встали.
— Надо, Роман Вячеславович, — кивнул я и решил немного приврать для убедительности.
— Обязательно. Обухов сказал, чтобы я ему потом доложил о результатах, он назначил меня руководителем операции по уничтожению вспышки. Понимаете, это не обычная иерсиния чумы, она специально выведена в лаборатории, чтобы стать более злой и опасной, её даже магия не берёт. Так что сделайте посевы обязательно, а мне потом сообщите результат, я доложу Обухову.
— Я вас понял, Александр Петрович, — закивал напуганный моими словами дезинфектор и пошёл раздавать указания.
Больше, чем уверен, сам он туда теперь точно не сунется, раздаст задания другим. Я уже дошёл до своей машины и обернулся. Ну так и есть, он стоит на месте, а его люди со стопками чашек Петри расходятся по улицам. Ну и ладно, главное, чтобы дело было сделано. Я усмехнулся и сел в машину, наконец-то домой.
Я вырулил на дорогу и направил машину в сторону Санкт-Петербурга. На улице начали появляться люди, разговаривать друг с другом, кто-то шёл вдоль дороги по своим делам.
Деревня, то есть село Никольское, начало оживать и больше не напоминала собой декорацию для пост-апокалипсиса. Все, мимо кого я проезжал, останавливались и махали нам руками, а мы хором махали в ответ. В приподнятом настроении я нажал педаль газа, и извилистая серая лента дороги устремилась навстречу, приближая ставшие родными места.
О том, что возвращаюсь домой, я всем сообщил по телефону. Обухов сказал заехать к нему завтра, а сегодня ему хватит и того, что я рассказал.
— Москва очень интересуется ситуацией, Саш, — обеспокоенно сказал он. — Видимо контрразведка уже везде всем сообщила, кому надо и кому не надо. Так что всё под усиленным контролем.
— В данной ситуации это правильно, Степан Митрофанович, — ответил я. — Не тот вариант, когда надо шило получше в мешок укутывать.
— Да это всё понятно, просто суеты и отчётности добавляется, — сказал Обухов. — Да что я о таких мелочах, ты там еле живой наверно.
