Когда закончили с этим списком, принялись за список медикаментов и оборудования, которые должны храниться в нашей дополнительной кладовой на случай возникновения эпидемии. После этого был ещё один список — закупки для нужд госпиталя при возникновении необходимости автономного существования в течение месяца.
— Записал всё? — спросил дядя Витя.
— Да, вроде всё, — сказал я, ещё раз пробегая взглядом по спискам.
— Пиши второй экземпляр, завезём сейчас Обухову и поедем.
— Куда поедем? — не врубился я во внезапно возникшие новые планы.
— За Марией поедем, куда же ещё, — покачал головой дядя Витя. — Это ведь отдельный список подготовки к эпидемии. Можно сказать заголовок.
— Ладно, — кивнул я, вырвал листы из центра тетради и постарался аккуратным почерком перенести туда всё, что мы только что написали. Кроме Марии, конечно. — Я готов.
— Значит допивай чай и на выход, — скомандовал дядя Витя. — Я пошёл одеваться.
Шустрый старик, только поспевай за ним. А уж за его мыслями так точно не поспеешь.
Я засунул оставшуюся половину булочки в рот и запил остатками чая, а несколько печенек положил в карман, ребёнка угостить. Ребёнка, ха, до сих пор каша в голове, не определился, как правильно её воспринимать. Всё равно печенье никому не повредит.
Обухова в кабинете я не застал, но Дмитрий Евгеньевич сказал, что он где-то в больнице и должен вернуться в кабинет. По крайней мере его одежда осталась здесь. Тогда я отдал ему двойной тетрадный лист со списками и слёзно попросил вручить ему с соответствующими пояснениями, чтобы он не убрал, не думая, в карман и не забыл, это вопрос срочный.
Пока ехали в Никольское нас накрыла метель, существенно замедлив скорость передвижения. Лететь по трассе с такой плохой видимостью — за пределами благоразумия. Вернуться домой хотелось поскорее, но рисковать жизнью ради этого не стоит. А ведь ещё скорее всего предстоит непростой разговор с родителями Марии. С отцом-то проще, как она скажет, так и будет. А вот мать может упереться рогом.
Ну тут надеюсь у магички хватит решимости применить на ней свои способности, чтобы не препятствовала отъезду.
Мы въехали в село, метель уже закончилась, и я легко нашёл нужный мне поворот. До самого дома ехать не пришлось, Мария вышла навстречу с рюкзаком на плечах, а папа нёс увесистый чемодан. Я улыбался до ушей, то, что я считал самым сложным этапом, оказалось самым простым. Я вышел из машины, чтобы поприветствовать обоих и помочь погрузить чемодан.
