Твоего легендарного препарата у них нет, все ждут тебя и твою команду.
— Сейчас под утро вызовы посыпятся градом, — произнёс я, разглядывая в зеркало своё помятое лицо. — Скажите знахарям и лекарарям, чтобы не выезжали без противочумных костюмов. А ещё лучше, пусть записывают адреса и нам дадут список, когда приедем.
— А тебя не смущает, что ты командуешь главным лекарем губернии? — наигранно возмутился Обухов.
— Нисколечко, — хмыкнул я. — Вы и сами прекрасно понимаете, что это нужно сделать. Если я буду сейчас решать все эти вопросы, то задержусь с выездом, поэтому вынужден откланяться.
Перезвоню, когда буду на месте.
Я положил трубку, обзвонил коллег и начал ускоренно собираться. Максимально быстро почистил зубы и побрился, контрастный душ три минуты, оделся, подхватил заранее заготовленную сумку и отправился на первый этаж. На кухне заглянул в холодильник, здесь лежал свёрток, приготовленный на такой случай Настюхой, добавил к нему булочки и печенья из буфета, два термоса залил кипятком и пошёл одеваться.
На улице опять подморозило и ноги не скользили только благодаря усилиям Пантелеймона, он регулярно посыпал дорожки песком. Позавчера, как и обещали, был снег с дождём, после которого увеличилось количество уличных травм, заставивших нас как следует попотеть.
Перед тем, как выехать со двора, проверил груз, убедился, что всё на месте, ничего не забыл. Коллеги не подвели, стояли в условленных местах, ждать никого не пришлось. Впервые вещи Ильи не говорили о том, что он собирается уезжать навсегда, значит мама не участвовала в подготовке, всё сам.
Вопреки моим ожиданиям, самым бодрым членом экипажа моего танка была Мария.
— Ну что, мальчики, повеселимся? — бодро провозгласила она, заскакивая в микроавтобус. Создавалось впечатление, что мы едем на карнавал, а не бороться с чумой. — А чего все такие грустные? Успеете ещё покиснуть, а ну-ка все дружно улыбаемся!
— Ага, — кивнул я и тронулся с места, когда она и дядя Витя заняли свои места. — Улыбаемся и машем.
— Правильно! — жизнерадостно подхватила Мария.
— Машем Питеру и едем в Павловск, я там ещё ни разу не была.
— Не лучший повод для экскурсии, — пробубнил недовольный Илья. Кажется, он всё никак не мог проснуться и с трудом разлеплял глаза.
— Что, Илюх, вчера опять было заседание поэтического сообщества? — спросил я, покосившись на друга.
— Ага, — кивнул он, усиленно зевая. — Разошлись в первом часу ночи. На фоне творящегося кругом безумия это был оазис красивого и возвышенного.
