Директор и деканы ушли, но вернулись всего лишь через пять минут. Всё это время рыжая не отпускала меня, вцепившись мёртвой хваткой.
Когда все расселись на свои места, директор стукнул молотком по столу."
"— Мы посовещались и пришли к общему мнению и снимаем все обвинения со студентов Зябликова и Огневой. Сторона обвинения не предоставила никаких доказательств своим словам лишь голословные домыслы и ничего более, — директор перевёл взгляд с нас на адвоката. — К тому же, хоть на Сергея и поступали жалобы, причём в больших количествах, но абсолютно все они были отклонены, ибо признаны фальсификацией, клеветой и многим подобным.
С другой стороны, студент Козловский и его «товарищи»…
Павел Романович сделал многозначительную паузу и нахмурил брови.
— Нам поступало немало жалоб, включая жалобы на сексуальные домогательства и насилие над простолюдинками. Но все они были отозваны, так что расследования не проводилось. И судя по состоянию, в котором на заседание пришла студентка Огнева, смею предположить, что на неё давили.
Это так?
— Д-да, господин директор… Мою семью обещали вырезать, если я пойду против Козловского…
— Это клевета! Я протестую! — выкрикнул адвокат.
— Зато я, именем Зябликовых, клянусь перед всеми вами, что, если хоть кто-то из семьи Лизы пострадает. Неважно как. Уволят с работы. Вдруг нападёт хворь. Плевать. Клянусь, что поведу свой род на войну с родом Козловских. И поверьте, нам будет глубоко насрать на ваши оправдания. И да, это не угроза. Это ультиматум.
И поверьте, не стоит проверять клятву убийцы чудовищ на прочность. Обломаетесь, — я хищно оскалился, глядя на парня, а тот был красный, словно спелый помидор.
— Что ж… Вот мой вердикт. Студенты Козловский, Ромазов, Краснов, Чумазова и Шубина исключаются из академии с занесением в личное дело.
— Я требую пересмотреть это решение! — выкрикнул адвокат.
— Требуйте, — хмыкнул старик, и только я, приобняв Лизу, поспешил уйти, как меня окрикнули. — Сергей, зайдите ко мне в кабинет.
— Спасибо, — рыжеволосая поцеловала меня в щёку и поспешила уйти, а я побрёл к директору.
Точнее, за ним.
Топать пришлось минут пять, потому что он едва тащится… А он, блин, один из сильнейших приручителей империи. В нём же, блин, силы, как в драконе!
Что-то я сегодня ворчливый…
Вскоре мы пришли в кабинет директора, который делился на две части. В первой сидит его секретарь. Точнее, секретарша. Горячая дамочка с пышной грудью, в стильных очках и с суровым взглядом.
