— С-с-скидка… Приходите… ещё…
— Обязательно, — помахав рукой милой девушке со сладким голоском и дикой страстью, отправился… Даже не знаю, куда мне идти… Хотя. Пошёл я к тому месту, где почувствовал женщин, а там…
— Вот те на… — вырвалось у меня, глядя на оцеплённый особняк.
Кстати, весьма неплохой, примерно на двадцать членов семьи. Два этажа, отдельный гараж, домик для охраны и слуг. И небольшой сад.
Эта улица полностью была застроена особняками, причём построенными весьма плотно друг к другу. Оттого внутренняя территория особняков была весьма мала, а из спальни можно было помахать ручкой соседу.
"
"Все особняки были огорожены стенами, поэтому вся улица напоминала какой-то тоннель. Слева и справа от меня стены под три метра да решётчатые, а порой и полностью закрытые врата.
И особняк, на который я смотрел, выглядел потрёпано, но в основном из-за выбитых окон. Сейчас здесь работали криминалисты, медики выносили растерзанные тела мужчин в изуродованной броне, а также выводили «выживших».
ПЖМ после спасения и начала грабежа столкнулись с охраной графа.
Да, это оказывается целый граф. Был. Ну лиса с паучихой и дали им бой. Вот только кто-то вызвал полицию… Благо, женщинам хватило ума не сражаться с ними, а так, лишь отогнать.
Только я собрался уходить, как из особняка начали выводить молодых девушек, укутанных в покрывала. Они выглядели счастливыми. Даже ревели от счастья… Их, что? Граф держал в плену?.. Вот мразь…
Стоп! А куда это их ведут? Ах вы ж, твари…
— Э-э-э-эй, уважаемый, а что происходит? — после «небольшой» подготовки я подскочил к офицеру полиции.
Тому, что на вид самый главный и мерзкий. Я ничего не имею против толстяков, честное слово. Большинство из них — это добрые люди, они мягкие снаружи и тёплые внутри.
Но это как правило касается простых людей. А вот люди во власти, имеющие лишний вес, зачастую те ещё мрази. Повторюсь, что не всегда и не все, но часто, человек, который дорвался до денег и власти, натурально сходит с ума потакая всем своим низменным порокам.
Лучшая еда, роскошь, женщины, использование власти в корыстных целях или ради развлечения. И многое другое. Вот и сейчас я вижу человека, который раздулся настолько стремительно, что походил на снеговика.
— Ты ещё кто?! Это территория оцеплена, убирайся! — рыкнул на меня снеговик в полицейской форме.
— Вы за что девушек в тюремную машину сажаете? — указал я на недоумевающих «спасённых», которых заталкивали в машину, в которой перевозят преступников.
