Разве что его жители тоже были полны жизни…
— Кцк! — что-то произнёс здоровенный такой жук. Он был крупнее взрослого волка и на вид весьма бронированный. Но лапки очень короткие. Он почти касался брюхом земли.
— Ты вкусный? — поинтересовался я у него, двигаясь навстречу.
— Кц-цк? Кц! — он вдруг покрылся серым сиянием и выстрелил в меня десятком духовных игл, а я отскочил в сторону и побежал вперёд. Жук продолжил стрелять по мне, а я подпрыгнул, а затем ушёл в сторону и вновь побежал вперёд.
Но вдруг в тварь попала Сфера боли Альмы, и тот отвлекся на неё, но Арахна сразу спряталась за деревом.
"
"— Куда отвлекаешься? — поинтересовался я у жука и пнул его, переворачивая на спину. — А теперь проверим тебя на предмет съедобности!
Брюшко у монстра было мягким и упругим, всё же оно так плотно прилегало к земле. Так что моя рука легко пронзила жука, а потом ещё несколько раз, пока чудище не сдохло. Но эта тёмно-зелёная жижа, что была кровью, говорила о том, что, вероятно, нет, монстр не съедобный.
— Согласна… Я бы не стала его есть… — добавила Альма, и мы пошли дальше, внимательно заглядывая под каждый куст и дерево.
Грибы! Нам нужны грибы… Найти бы здесь… Стоп! Голос! Знакомый голос…
Помахав Альме, направился на голос и вышел к пруду, что находится у высокой скалы. И там… Василиса! Купается и напевает песенку…
Хотелось «пошутить», но, учитывая её силу, можно лишиться головы, если она подумает, что на неё напали. Так что…
— А я думаю, чего это я в джунглях оказался. Меня к тебе притянуло, — громко сказал я, выходя из леса.
А Вася кинула на меня взгляд и продолжила купаться.
Похоже, уже давно заметила меня.
— Так и есть, — спокойной ответила большегрудая шатенка, омывающая своё тело.
Её волосы были мокрыми, а по большой сочной груди стекала вода.
— Что-то подозрительно, — прищурился я, глядя, как та провоцирует меня своими прелестями. А она вдруг начала выбираться из воды, обнажая красивое тело.
— Ты о чём?.. Я соскучилась.
— М? Я тоже, — я заулыбался, жадно впиваясь взглядом в эти прелести, и, подойдя к женщине, провёл рукой по щеке, убирая мокрые волосы.
А затем схватил её за затылок и во всей силы приложил лицом прямо в камень на земле. — Василиса? Да соскучилась? Кретин!
Я начал вбивать рожу этого существа в камень, и после четвёртого удара Василиса стала загорелым мужиком с пышной шевелюрой.
Левая половина его тела была исписана слегка сияющими татуировками, а правая была нормальной.
Мужчина покрылся барьером и попытался встать.
