Вскоре в нас полетели ответные атаки, но мы были достаточно высоко, чтобы суметь защититься от них. А им от наших было тяжело… Если идти по ступенькам, то им нас полчаса догонять придётся. А если по воздуху, то куда меньше, но при этом они отличные мишени.
Так что они, потеряв несколько десятков человек, выбрали идти по ступенькам. Они шли быстрее нас, что логично, у них то нет раненых, и полчаса спустя догнали нас.
Их встречал я. На некотором расстоянии, чуть выше, находилась Анастасия с массивной винтовкой, что стреляла магическими сгустками, а рядом с ней Блэр.
Над моей головой висела Альма с магическим посохом в руках. Он был сделан Кирой под моим руководством. И пусть я не маг-артефактор, но получилось неплохо.
Внутри посоха находились магические каналы, создающие не очень сложный узор. Однако из-за этого узора в посохе можно было скопить много маны и усилить заклинание.
Альма полюбила мороз, эта стихия ей давалась лучше всего. Вот и сейчас, вытягивая из меня прорву энергии, она начала замораживать ступеньки и нижнюю часть башни.
Ну и людей…
При этом мы не забывали двигаться вслед за остальными, и пока нам удавалось сдерживать противника. Но лишь до тех пор, пока не появилась группа действительно сильных культиваторов. Это были три старка. Немного потрёпанные, но очень злые, и они легко заблокировали наши атаки.
Нас бы отметелили как следует, но подоспел принц со своим громилой, а также группа культиваторов. И тройка стариков, получив шиздюлей, отступила.
Но вскоре появились другие враги, и они не собирались заканчиваться. А вот мои духовные батарейки постепенно подходили к концу…
Эта башня, казалось, не имела конца, но противнику тоже было нелегко поэтому страдали вообще все. И чёрт знает, сколько времени спустя мы добрались!
Первые двадцать этажей «покоев императора» являлись складами, жилыми помещениями для личных слуг Бессмертного Императора и ещё чем-то.
Я и ещё два десятка человек остались на лестнице, отбиваться от вражин.
А остальные пошли на вершину башни для эвакуации. Нам же требовалось продержаться до прибытия дирижабля.
По словам Цесаревича, у которого на дирижабле оставался питомец, летающая машина в ходе боёв получила повреждения. К счастью, дирижабль всё ещё может летать, но ему тяжело подниматься на такую высоту.
— Серёж, глянь пожалуйста, — ко мне спустилась Машка, и я поспешил за ней, пока не попал в покои Бессмертного Императора.
