Однако сразу после удара защита тут же восстанавливалась. Но не с нуля, она попросту перетекала с задней части пумы, на переднюю! Вот хитрющая кошка…
Бьякко же, приняв кулак на свой лоб, резко дёрнулась вперёд, и её челюсти сомкнулись на голове пустого. Пасть лисы вспыхнула от электричества, выжигая защиту человека, и зубы сомкнулись, откусывая голову.
— Хватит! Прошу! Мне же больно… больно! Хватит! — вопил лысый.
— Говори! Какая у вас цель, и тогда я остановлю это! — выкрикнул я в ответ, и Ярость дрогнул, за что поплатился… Росомаха впилась зубами в его пах, а Альма выстрелила прямо по лицу.
И тут маска не выдержала и пошла трещинами, а после и обвалилась, показывая лицо мужчины с бакенбардами.
Осколки маски тут же начали плавиться, как и сама маска. Ярость сорвал её и тут же ударил росомаху по голове, но тем самым лишился мужского достоинства…
Он отскочил назад, и руки с плечами Ярости тут же сдулись, а ноги раздулись. И он их тут же использовал, пнув росомаху и отправив её в полёт. А у той изо рта вылетел… Откушенное и вылетело.
Но, честно говоря, «достоинства» там было немного. Прям совсем маленький…
Ярость бросился к Боли, который уже раскололся.
— Ты, наша цель… — начал тот вопить, но вдруг случилось то, от чего обалдел даже Ярость. Маска Боли зашипела и начала плавиться вместе с головой человека. Лять… Похоже, сперва надо маску срывать, прежде чем допрашивать.
И поняв это, Ярость рванул вперёд. Его раздувшиеся ноги оттолкнули мужчину от пола, и он, словно клещ, кинулся в сторону окна, но на его шею упала петля паутины, а второй конец полетел ко мне.
И только Ярость добежал до окна, как я поймал конец верёвки и дёрнул на себя.
Тот рухнул на полу, а ноги лишь едва не коснулись окна. Взревев, Ярость тут же порвал петлю, но на него тут же набросилась росомаха, вгрызаясь в шею. И как бы тот не бил её, всё было бесполезно. Похоже, даже череп у росомахи невероятно прочный.
— Господин! — рыкнула Бьякко и пастью метнула мне копьё, которое я ловко поймал и, запитав силой под завязку, с разбегу вонзил в голову Ярости.
Тот дёрнулся и обмяк, а тело начало превращаться во что-то отвратительное. Мышцы растеклись словно желе, и лишь кожа сдерживала это от того, чтобы данная дрянь не разлилась по всему номеру.
Но любоваться этой гадостью времени не было, и я рванул в коридор, где увидел сражение. Резня…
Всюду кровь, мозги и разорванные люди. Десятки мёртвых людей… Охрана отеля была убита с особой жёсткостью, но также здесь нашлись и мёртвые пустые.
